Ассистент

Исторический Черкесск: Энциклопедия: ГОСПОДЬ ВСЕГДА РЯДОМ


Глава 7.

ГОСПОДЬ ВСЕГДА РЯДОМ

(О Николаевском соборе и Покровской церкви)

Самое трудное, опасное и чистое дело
на земле быть христианином в России . Л. Никонова
Церковь – мать родная и милая русскому человеку,
все мы дети ей, и если кто блуждает от неё далече, то,
бог даст, вернутся ещё в родительский дом, к матери.

К. П. Победоносцев
Атеизм – это дверь к Богу с чёрного хода.
Н. Бердяев, философ


Испокон века вся казачья идеология заключалась в известной формуле: за Веру, Царя и Отечество.
На ней выросли, воспитались и воспитывали других десятки поколений. 
«Два начала – религиозно-православное и национально-русское – глубоко заложенное в душу казачью, всегда крепко связывали казачество с Россией, роднили, объединяли его со всем русским народом, которого оно является порождением, детищем, плотью от плоти и костью от кости его» – говорил генерал А. И. Деникин.Православие было тем камнем, на который опиралась крепко удерживаемая свобода казачества. Веру, Отечество и Народ казачество защищало на протяжении всей своей истории. Вера всегда была их первой заботой, первым утешением и прибежищем. 
На кого ещё могли уповать вольные казаки в своей тревожной жизни, как не на Бога? Кто ещё мог уберечь их от врагов в борьбе за свободное жительство, как не Покров Пресвятой Богородицы? Кто бы выручил их в трудных и опасных странствиях, как не Николай Угодник?
Казаки строго блюли верность Христову учению. Вера православная ис-стари была на Кубани. В жизни каждого станичника важное место принадлежало церкви.Родился ребёнок – обязателен был обряд крещения, ибо бытовало убеждение, что «для крещения в младенце нет души».
В церкви освящался брак. Церковь учила, чтоб он был не только плотским, но и духовно-нравственным союзом между мужем и женой. Жена со свободным послушанием должна повиноваться мужу. Муж есть глава семьи, но равен ей по общению во Христе.
Подходило время идти казаку на военную службу. Перед этим он должен был отслужить молебен, ещё раз – благополучно вернувшись из похода или с войны.И в последний путь казака провожали погребальными обрядами – отходной молитвой, панихидой, литией.
Несомненно, церковь оказывала благотворное влияние на моральный климат в приходе, активно выступала против разврата, пьянства, сквернословия, за чистоту нравственных отношений.
Под её воздействием совершалась и хозяйственная деятельность баталпашинцев. После окончания посева приходское духовенство нередко отправлялось с иконами Божьей матери, святого Николая и святого Василия по полям.
Святому Василию служили молебен над скотом.
Перед выходом казаков на военную службу служили молебен святому Иоанну.
Казаки постоянно проявляли заботу и о Покровской церкви и о Николаевском соборе. Все их нужды решались избранным прихожанами церковно-приходским попечительством, в которое входили наиболее уважаемые станичники и священники. В старину Покровскую церковь обносили каменной оградой с бойницами. По тревожному звону колокола взрослые казаки собирались на оборону станицы, а старики, женщины и дети прятались за церковной оградой.
Если вспомнить, в фильме талантливых грузинских кинематографистов «Покаяние» есть замечательная фраза: «Если дорога не ведёт к Храму, зачем тогда она?». В старой Руси новый город (или крепость) не могли заложить без церкви. Касалось это и казачьих станиц. Другое дело, что обычно эти первые храмы были временными, деревянными. И в дальнейшем заменялись каменными.
Количество храмов на Руси было неисчислимо. В школьные издания, в буквари и в первые книги для чтения вошло, как классическое, такое описание села: «Первое, что кидается в глаза при въезде в русское село, это церковь, а потом школа».
Деревня, село или станица без «храма Божия» – была для путешественника первым признаком, что здесь живут инородцы или сектанты. «Басурманы какие-то живут», – ворчал под нос ямщик...
▲ До введения христианской веры на Руси коренные жители Северного Кавказа были язычниками. Тогда богов было много. До принятия христианства славяне верили в бога небес и огня, которого именовали просто Бог или Сварог. Они полагали, что он обитает на небе, не общаясь с людьми, а весь мир отдал в управление подвластным ему богам. Он представлялся людям в виде молодого кузнеца.
К земным божествам, от которых зависело благополучие и судьба людей, относились: Ладо – бог мира, весны, любви и согласия; Дажбог – бог солнца; Стрибог – бог ветра; Перун – грома и молнии; Велес – торговли, покровитель скота; Мокошь – богиня воды, плодородия и материнства; Симаргл – бог семян и растений...
Поклонялись наши предки и Купале – богу земных плодов (23 июня). 24 декабря кавказские язычники славили Каляду – бога торжества.
▲ Первое знакомство коренных жителей Северного Кавказа с христианством, одной из трёх мировых религий (наряду с буддизмом и исламом) произошло в I в. новой эры (от Рождества Христова), то есть вскоре после известных Евангельских событий и задолго до крещения Руси. Практически проникновение христианства на земли будущей Киевской Руси изначально шло через Кавказ. По грузинской хронике Вахтанга V, это приходится на 40-й год от Рож-дества Христова. Земли Кавказа святые апостолы посетили во время своего третьего миссионерского путешествия. Кроме того, по общепринятому христианскому преданию Кавказ и Северное Причерноморье – это удел Божией Матери. То есть для христиан это место само по себе является святым.
▲ Во второй половине VII в. распространению христианства на Север-ном Кавказе помешали арабы. Они завоевали Закавказье, а оттуда потом проникли на Северный Кавказ, неся мусульманство. Но им противостояли евреи, исповедовавшие иудаизм, которые были первыми завоевателями Кавказа, попав сюда после разрушения израильского царства ассирийским царём Салманасаром III.
▲ Помимо апостолов Андрея и Симона, на Кавказе были также известные общехристианские святые: константинопольский патриарх Иоанн Златоуст и святые первоучители, славянские Кирилл и Мефодий, которые в середине IX века были посланы императором Михаилом III к хазарам для благовестия Евангелия. Святые прибыли в столицу Хазарии Итиль в 858 г. – в эпоху расцвета Хазарского царства. Пробыв здесь более двух лет, они оказали огромное влияние на утверждение христианства на Северном Кавказе. Хазары в то время исповедовали частью магометанство, частью иудейство.
▲ До наших дней сохранились монументальные архитектурные памятники христианства – три Зеленчукских (Нижнеархызских), Шоанинский и Сентинский монастыри – древнейшие храмы на территории России и Карачаево-Черкесии.
В 2002 г. археологи случайно обнаружили в алтарной части Сентинского храма надпись на древнегреческом языке. В начале марта 2004 г. к. и. н. Виноградовым, а также архитектором и искусствоведом Белецким был сделан перевод: «…Обновлен храм Пресвятой Богородицы (…) и Владычицы нашей Марии, второго апреля, рукою Фёдора, артоспофария (…) Алан, в год сотворения мира 6370 года (по Евангелию – С.Т.). Подписано рукой имярек (…) Патрия…». Это единственный монастырь в России, точная дата постройки которого доподлинно известна – 2 апреля 967 г.
▲ После завоевания Северного Кавказа половцами в конце XI в. связь русской церкви с христианами этих земель не прекратилась. Уже среди половцев было много христиан.
▲ Во время татаро-монгольского владычества, в середине XIII в., когда язык восточных славян – русских, украинцев и белорусов – был ещё единым (позже он стал изменяться), в Золотой Орде возникла русская православная епархия. Называлась она Сарской (может быть, по самоназванию половцев «сары»). В её состав входили все христиане, жившие во владениях орды, в том числе и на Северном Кавказе. 
▲ На протяжении VII–XIII вв. христианство вытеснялось с Кавказа исламом, и на долгое время эти места стали зоной кровавой борьбы христианского и исламского миров. Казачество не только смогло отстоять христианскую веру на этих землях, но и вернуло её на Кавказ с тех самых легендарных Киевских гор, где некогда водрузил свой крест апостол Андрей. 
▲ 1 января 1842 г., когда на Северном Кавказе полным ходом шли военные действия Кавказской войны, в Ставрополе была образована самостоятельная Кавказская епархия. Она ведала делами православной церкви на Кавказе и в Черномории. К ведению этой епархии была отнесена и ст. Баталпашинская. 10 апреля 1843 г. в Ставрополь прибыл Иеремий, бывший викарий Киевской метрополии, получивший сан первого Епископа Кавказского и Черноморского, в миру´ Иродион Соловьёв, сын причетника Орловской епархии. В 1844 г. он посетил ст. Баталпашинскую. 
Весной 1859 г. в Баталпашинской был Игнатий, Епископ Кавказский и Черноморский (1807–1867), в миру´ блестящий офицер – поручик Дмитрий Брянчанинов из Вологды. Он был пострижен в монахи в 1831 г. Архимандрит Игнатий был рукоположен в Епископа Кавказского и Черноморского в Петербурге в Казанском соборе. В 1988 г., в год 1000-летия крещения Руси, святитель Игнатий был канонизирован. У северокавказской земли появился свой первый святой, сугубый покровитель Северного Кавказа.
▲ Основная масса казачества веровала Богу, не мудрствуя лукаво, соблюдая все церковные установления. Хопёрские казаки считали себя защитниками Веры Христовой, в широком смысле – защитниками справедливости. При этом не имело значения, где происходит сражение и кого казак защищает. Свою жизнь казак понимал как служение Богу (в нём он видел основу всей жизни, справедливости и любви) оружием, воинским мастерством. 
Вера в то, что Господь всегда рядом, постоянно оберегает и хранит воина, никогда не оставляла казака. И твёрдая вера в то, что убитый за правое дело, за слабых и обиженных, за веру Христову, казак сразу идёт в рай, что «смерть за други своя» освобождает его от всех грехов, делала казака бесстрашным в любом бою.С точки зрения религиозной философии (теологии), крест есть знамя по-беды Христовой над грехом и смертью. Поэтому перед началом военной кампании или решающим сражением все воины крестились, а правильнее сказать, осеняли себя крестным знамением. Стоит заметить, что словесное созвучие знамени и знамения имеет одно и то же религиозно-философское отношение к жизни и смерти. Наверное, поэтому полк, потерявший в бою знамя, подлежал расформированию, а за захват в бою вражеских знамён давались особые награды. Разумеется, в каждом казачьем полку были свой священник и своя походная церковь, которую берегли, как знамя. 
Кстати, знамёна и иные реликвии сохранялись в храмах (соборах). Храмы – от главного войскового (он находился в Екатеринодаре) до часовни в затерянном среди степей хуторе – были органичной частью повседневной казачьей жизни. Церковь никогда не стояла вне интересов станичного или хуторского общества, что и отражалось в характерных для казачества обычаях.
▲ Для баталпашинского казачества – прямых потомков запорожских и донских казаков, православная церковь, религиозные традиции и религиозное сознание всегда были символом самобытности и независимости от Османской империи и посягательств Российского престола.
▲ На территории будущей станицы хопёрцы выбрали самое красивое и самое открытое место и на нём, прежде всего, решили возвести церковь, а потом уже строить все остальные жилища. «Пусть красуется храм божий в небесной высоте, и пусть святые молитвы несутся от нас прямо от земли до престола Господа Бога», – говорили казаки.
▲ Православная Покровская церковь (она стоит в южной части Черкесска, на пересечении проспекта им. Ленина и ул. Доватора) имеет большую и интересную историю. Это один из первых храмов, который возвели на территории нынешней Карачаево-Черкесии прибывшие на эти земли казаки. В отличие от Николаевского собора с поистине трагической судьбой, Покровская церковь никогда не разрушалась. И всё время действовала, даже, как ни удивительно, нацистские оккупанты её не закрывали.
Она была построена казаками Хопёрского полка из чёрного морёного дуба в 1730 г. в ст. Хопры Войска Донского. 99 лет простояла церковь на берегу реки Хопёр, притока реки Дон, служа «верой и правдой» хопёрским казакам, после чего с 1829 г. началась её «кочевая» жизнь. Ведь на Кавказ переселялась целая станица. Вот и решили казаки унести с собой в дикий край частичку своей родины. А для этого как раз и подошла станичная полковая церковь. В том году, отправляясь в новые, неизведанные места, казаки разобрали церковь. Потом пометили каждое брёвнышко и повезли в своём обозе на юг. После переезда на Кавказ, в Ставрополе, военном и административном центре Кавказской военной области, бывшей до 24 июля 1822 г. губернией, казаки ловко её собрали.
Божий храм был поставлен на возвышенном месте рядом с большим крестом с надписью: «Здесь в 1767 году был Суворов А.В.» (Кстати, достоверно известно, что в Ставропольскую крепость А. В. Суворов впервые прибыл в 20-х числах марта 1778 г. – С.Т.). 
▲ Народная память не сохранила нам сведения о том, какого происхождения и с каким образованием были первые члены баталпашинского притча. Построенная парусиновая походная церковь, над которой был поднят чехол, укреплённый на столбах и крытый сверху камышом, не удовлетворяла первых переселенцев религиозным их потребностям. Однако внутреннее убранство церкви всегда отличалось благолепием, дорогой ризницей и богатейшей церковной утварью. И хотя казакам станицы Ставропольской, переселившимся на Кубань вместе с Хопёрским полком, царское правительство выделило денежное пособие и особую сумму на постройку «божьего храма», они отказались от постройки новой церкви, так как решили увезти с собой старую – Покровскую. Однако местное начальство не дозволило. Самим, мол, нужна, а вы себе новую церковь построите. 
Только не смирились казаки. Отпущенные на постройку новой церкви деньги они отдали своим сородичам, поселившимся в станице Карантинной, а сами обратились с просьбой к Наказному атаману о переносе своей настоящей походной церкви. Получив «добро» от атамана и архиепископа Астраханского, через два года, в 1831 г., на своих плечах, пешим ходом, по брёвнышку, в разобранном виде, с пением псалмов и молитв, казаки за десять дней перенесли свою полковую церковь из Ставропольской крепости в ст. Баталпашинскую. В Баталпашинке церковь собрали быстро, и уже вскоре она стояла в центре станицы на месте пересечения главной площади с центральной улицей, получившей традиционное название «Красная». Параллельная с ней улица стала именоваться Покровской. Ныне на этом месте расположен центральный городской сквер.
▲ В 1991 г. Ставропольское книжное издательство издало сборник стихов «В церковных перезвонах». Автор 137 опубликованных стихов – Василий Иванович Афонин (отец Василий), настоятель Покровской православной церкви г. Черкесска, благочинный православных церквей Карачаево-Черкесии. В одном из стихотворений (57 строк) в стихотворной форме он изложил факт переноса хопёрскими казаками Покровской церкви из Ставрополя в Баталпашинскую: «…И стоит тот храм поныне в град-Черкесске небольшом». 
▲ В 1843 г. на средства (13 тыс. серебром), собранные добровольно жителями Баталпашинской, был построен деревянный собор во имя Николая Чудотворца, с колокольней, каменной оградой с садом, караулкой, покрытой железом и состоящей из двух комнат с сенцами, голландской и русской печами. Он долго стоял в центре станицы, рядом с Покровской церковью, и снесли его отнюдь не большевики. Просто он был заменён Николаевским собором, изготовленным из камня.
▲ Почти все верующие ст. Баталпашинской были православными христианами (хотя среди них встречались и старообрядцы). Все они верили в единого Бога, имеющего три ипостаси: Бога-отца, Бога-сына и Бога-Духа святого, в Сына Божьего Иисуса Христа имеющего двойную природу: Бога и Человека. Они признавали как священное писание (Новый и Ветхий заветы), так и Священное предание (постановление церковных соборов и учения Отцов церкви). У них было семь таинств – культовых действий, призванных дать человеку Божью благодать: крещение, миропомазание, причастие, покаяние (исповедь), брак, священство и соборование.
▲ В доме у казака в каждой комнате были иконы (образа). Раньше не было казачьего дома без икон. Не полагалось! Бога боялись и слушались. И чем хозяин был зажиточнее, тем икон было больше. Иконы ставились в киоты. Кроме киотов с окончинами, делали киоты со створками. Одни иконы изображали святых во весь рост и назывались стоячими, а иные только по грудь – и назывались оплечными образами.
Трудно определить каких святых иконы встречались чаще. Это зависело от вкуса и обстоятельств жизни хозяев дома; но в каждом доме можно было встретить несколько образов Божьей Матери, Пресвятую деву, святого Николая Чудотворца. Особо почитали Святого Георгия-воина, покровителя казачества. Шестое мая – в Его день – большой праздник, которому более полутора тысяч лет. По сей день и на Кавказе, и на Урале, и на Дону, и в Америке, и в Турции – везде, где судьба разбросала по белому свету казаков – стопки поднимают за Святого Георгия и за его величество Казачество. Целая икона окладывалась окладом – работы басменной, чеканной, сканной, канфаренной и других видов, которыми щеголяло тогдашнее металлическое искусство.
▲ Чтоб, не перекрестившись, за стол сесть ... такого не было... Посещение церкви в дни богослужений по праздникам (Пасха, Рождество, Троица и др.) было обязательным для всех станичников. Приобщение к религии и осмысление веры в Бога в казачьих семьях начиналось с раннего детства. Дети в возрасте пяти-шести лет обязаны были перед сном с дедом, бабушкой, отцом, матерью, стоять на коленях перед иконами (в углу икон, как правило, было несколько) и читать молитву с обращением к Богу.
▲ В Покровской церкви, как и в любой на Руси, есть церковные врата, которыми отделяется святая святых храма – алтарь – от остального помещения. Существуют четыре канонизированных церковью Евангелия: Евангелие от Матфея, Евангелие от Марка, Евангелие от Луки, Евангелие от Иоанна. Каждому из них соответствует свой символ: Матфею – человек (с течением времени он трансформировался в ангела), Марку – лев, Луке – телец, а говоря по-простому, бык, Иоанну – орёл. Так вот: всё это изображено на церковных вратах. Но если вдуматься и сопоставить, то ведь фрагменты символов складываются в фигуру сфинкса: сфинкс обладал телом быка, имел львиные лапы и лицо человека, а на спине у него были орлиные крылья. Что это обозначает? Не кажется ли вам, что символы для евангелистов отбирались с определённым умыслом, тут как бы заключается намёк на то, что в их текстах содержится ответ на древнюю загадку сфинкса.
▲ Основными молитвами у казаков всегда считались: «Отче наш», «Иисусова молитва», «Молитва богородице», «Трисвятое», «Молитва за Отечество», «Молитва Святому Духу», «Молитва Ангелу Хранителю». К основным молитвам относились также «Молитва святому, имя которого носишь» и «Символ веры».
▲ Пуще смерти казаки боялись греха, ибо знали, что в любую минуту могут предстать на суд Божий и тогда за каждый нечестный поступок придётся платить сторицею. Казаки боялись семь смертных грехов: чревоугодие, блуд, тщеславие, гордыню, гнев, уныние, сребролюбие. Но любой грех, считали казаки, может быть искуплён добрым поступком, сделанным от души.
▲ Десять заповедей перечисленных в Библии в книге Исход (глава 20) и повторённых в книге Второзаконие (глава 5) были всегда законом для баталпашинского казака. Вот их перечень с некоторыми текстовыми сокращениями: «Я Господь, Бог твой... да не будет у тебя других богов...»; «Не делай себе кумира и никакого изображения... Не поклоняйся им и не служи им ...»; «Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно...»; «Помни день субботний, чтобы святить его... Шесть дней делай дела твои, а седьмой – Господу твоему»; «Почитай отца и мать...»; «Не убивай, не воруй и не блуди»; «Не прелюбодействуй»; «Не кради»; «Не произноси ложного свидетельства на ближнего своего»; «Не желай ... ничего, что у ближнего твоего».
▲ В период от зачатия и до рождения ребёнка церковь уделяла большое внимание сбережению плода от возможного воздействия Нечистой силы. Этот период был важен в том плане, что от поведения беременной женщины, её молитвенного настроения, посещения церкви также зависело благополучие новорождённого.
▲ Согласно церковным канонам, самоубийство ни в коем случае не есть преодоление страха смерти, а наоборот, гипнотическое подчинение ей. В древности христианином называли того, «кто не боится смерти», так как знает: цена человеческой жизни – вся жизнь и смерть Христова. И потому самоубийство – это не просто отказ от данной Богом земной жизни, но по существу – отвержение Креста и Воскрешения Христова. Поэтому по церковным правилам все самоубийцы в Баталпашинской (позже – в городе) лишались и лишаются ныне отпевания и христианского погребения, если только их самоубийство не произошло в состоянии безумия. 
▲ В своё время Покровская церковь была построена и освящена в память о явлении Покрова Пресвятой Владычицы, Богородицы и Приснодевы Марии. В честь него получил своё название и один из наиболее значимых праздников православия – Покров, отмечаемый ежегодно 1(14) октября.
В его основу положен миф, о том, как в 910 г. в Константинополе при императоре Льве Премудром, во Влахернском храме, где хранилась риза Богоматери, её головной покров и часть пояса, перенесённые из Палестины в V в., юродивому (психически неполноценному, «сознательно отрешившемуся от обычного употребления разума», но обладающего даром проницания, обличавшего несправедливость, говорившего «правду в глаза сильным мира сего», и потому причисленного церковью к лику святых) Андрею и его ученику Епифанию явилась Богородица, которая простёрла над молившимися людьми белое покрывало и вознесла молитву о спасении мира от бед и страданий. 
«Явила она себя и покров свой избранным, и воспряли все, а дело было в осаждённом Константинополе, и воспрявшие защитники отбили проклятых сарацин, побили неверных, разбили поганых, в 910 году». А уже в XVI в. Иван Грозный в честь этого повелел поставить в Москве храм Василия Блаженного.
Богородица – богиня-мать, дева Мария, мать Иисуса Христа, «заступница» перед Богом, особенно хорошо знающая нужды людей, в первую очередь женщин; в России, кроме того, она считалась покровительницей земледельцев. Эта идея покровительства богородицы и составила содержание праздника, который на Руси был использован для вытеснения осеннего празднества славян в честь окончания полевых работ.
Пресвятую Богородицу издревле считали заступницей Русской земли. В особенности у казаков почитался Покров Божией Матери – символ её мощи и заступничества. И казаки, будучи защитниками православия, рассчитывали в своей многотрудной жизни единственно на заступничество и Покров Богородицы. Праздник Покрова был самым главным у казаков после Рождества и Пасхи. Под Покровом Богоматери хопёрцы не боялись ни вражеского огня, ни грозной стихии, свято выполняли девиз своей жизни – защиту православной веры.
«...Покрой нас честным Твоим покровом и избави нас от всякого зла...» – эти слова из праздничного тропаря ежегодно звучат в Покровке, как её ласково называет народ и верующие, когда отмечается престольный праздник: Покров Пресвятой Богородицы. По мнению умершего отца Василия (Афонина) именно сама Богородица покрывает Черкесск и его жителей своим омофо´ром (блестящим одеялом-покровом), защищает от всяких несчастий и горестей, оберегает от зла.
▲ Праздник Покрова Богородицы на Руси празднуется с 1164 г. стараниями святого князя Андрея Боголюбского. В Черкесске этот праздник ещё и престольный, поскольку местная церковь освящена в честь Покрова Божьей Матери. Издавна отмечено, Покров – время начала посиделок. А коль так, то без свадеб не обойтись. В Баталпашинской раньше так говорили: Покров – покровитель свадеб, и если на покров ветрено, то будет большой спрос на невест, а коль снег на покров выпал, то свадеб будет много. Местные девушки, веря в силу покрова содействовать брачному союзу, спозаранку бежали в Покровскую церковь и ставили свечку празднику. Существовало поверье: кто раньше поставит свечу, тот раньше замуж выйдет.
▲ В последние годы XX в. ежегодно в день Покрова Пресвятой Богородицы Черкесск посещал митрополит Ставропольский и Бакинский владыка Гедеон, позже – епископ Ставропольский и Владикавказский владыка Феофан. Оба они проводили в Покровской церкви праздничное богослужение. После литургии обычно проводился крестный поход.
▲ Колокола Покровской церкви на протяжении длительного времени сопровождали своим звоном жизнь станичников. Они размеряли течение дней, возвещая время трудиться и время отдыхать, время веселью и время скорби. Они оповещали о грозящем стихийном бедствии и о приближении врага (при первом приближении горцев вблизи станицы караульный бил в набат). Они созывали мужчин для борьбы с неприятелем и встречали торжественным звоном победителей. Собирали граждан для обсуждения важных дел. Колокола звонили при встрече высокого гостя или начальства, извещали о пожаре (для станицы они были частым и сокрушительным бедствием). Колокола выполняли также роль маяка. Они звонили во время тумана, метели, в грозу. И тогда заблудившиеся путники или конные экипажи находили дорогу домой по призывному колокольному звону, а иногородние могли выйти на звон к жилью
Свадебный поезд не мыслим, был без колокольцев. Колокольцы своим звоном оберегали молодых от «нечистой силы» на самой важной дороге – к венцу от венца. Сильное впечатление скорби, глубокого трагизма производил «проводной» (похоронный) звон с помощью глубоких пауз, большого затихания, чередующегося с ярким ударом во все колокола, умеренного движения.
▲ Церковный колокол имел форму полой, срезанной груши, внутри которой подвешен «язык» (ударник). Звук воспроизводился посредством раскачивания «языка» при неподвижном положении колокола.
▲ Церковь, где всегда хранились полковые регалии, служила знаменем, вокруг которого собирались казаки, отстаивая свою станицу. Красота храма Божьего – гордость для казака. Строя из глины свою хату или делая её из дерева и покрывая соломой или камышом, казак не жалел ни денег, ни трудов на то, чтобы устроить церковь «покрасивей», покрыть её железной крышей и обнести каменным забором. Церковная ограда иногда в судьбе казака исполняла роль крепости, поэтому-то она и устраивалась с амбразурами. Во время тревоги под кров Покровской церкви собирались старики, женщины и дети, сюда же сносилось в виду сильной опасности всё самое ценное. 
С возбуждённым вниманием всегда прислушивался казак к звону родной ему церкви и, заслышав частые удары, оповещающие тревогу, спешил захватить оружие и бежал к церковной ограде. Сюда же приносилось известие о месте, угрожаемом врагами. Все, кто мог носить оружие, спешили отразить неприятеля. 
В случае неудачи, медленно отступая, казаки загромождали улицы Баталпашинской телегами, разной домашней рухлядью и из-за этих импровизированных баррикад отстреливались от врага, дорого продавая неприятелю каждую пядь своей станицы. В случае же окончательной неудачи, казаки бросались за церковную ограду и под охраной церкви продолжали упорно отстреливаться, ожидая помощь от своих соседей.
▲ Прежде чем пойти в поход, хопёрские казаки освящали своё оружие и получали благословение и напутствие священника. Перед каждым походом или важным мероприятием все хопёрцы говели, исповедывались и причащались. С молитвы начинали хопёрцы любое дело.
▲ Все баталпашинцы всегда чтили христианские праздники и строго соблюдали посты. Под праздник Рождества Христова (в свят под вечер – 6 января) в домах не принимали пищу до «первой звезды».
В этот вечер девушки-казачки, собравшись группами, ходили под окнами и распевали калядки – особые песни. Дети разносили по домам своих родственников «вечерю» – обрядовое блюдо, часто из риса (кутью постную). С мёдом и взваром, за что получали подарки. В день Рождества утром баталпашинские мальчишки, ходя по дворам, славили Христа: читали или пели тропарь и кондак этого праздника. На Новый год посыпали в домах зерном, приговаривая: «Сею, вею, посеваю, с Новым годом поздравляю!» или «Трах-тарарах! Зароди Боже, горох! Жито и пшеницу!» и тому подобное.
Крещенская обрядность была связана с водой. Она испытывала сильное церковное влияние. На Кубани, на проруби, делала «Иордань», куда шёл крестный ход святить воду.
Первым весенним праздником была масленица – масляная неделя перед Великим постом, за семь недель до Пасхи, которая сопровождалась обиль-ной едой, блинами, катанием на санках с гор и на лошадях, кулачными боями.
Пасху в Баталпашинской праздновали также весело. В её празднование особое значение придавалось обрядовой еде. Обязательно пекли куличи, готовили сырную пасху и крашеные яйца. Было принято дарить друг другу писанки – красиво расписанные натуральные или сделанные из сахара яйца. Ими играли в «носочки» – ударяя пасхальные яйца друг о друга; в «камушки», когда яйца ставили в лунки, вырытые в земле, и выбивали их, получая за удачный удар яйцо с кона.
Как только разговелись, спешили под перезвон колоколов Николаевского собора, Покровской и Армянской церквей на выгон, где открывалась большая ярмарка. Сюда из хуторов и станиц отдела съезжались купцы с товарами, начинался торг. Выгон превращался в шумный городок палаток и балаганов. Раскачивались качели, играли шарманки, пели и плясали цыгане, кричали граммофоны. Трясли свои кубышки казаки, справляли обновы. 
На третий день Пасхи атаман Баталпашинского отдела открывал весенние скачки, любовался на лихую удаль казачью, на резвость кубанских скакунов. От мала до велика, высыпала станица на выгон. По народному понятию несчастливыми днями для начала какого-нибудь дела или отправления в путь почему-то считались понедельник и пятница. По понедельникам некоторые казаки «понедельничали», то есть ели постную пищу.
На Троицу в хате расстилали чабрец, девушки на голову надевали венки, гуляли в них, а потом бросали в реку и смотрели, поплывёт ли венок (девушка выйдет замуж), или потонет.
▲ У казаков было принято входить в церковь с холодным оружием. При чтении Евангелия все казаки приходили в движение, стройно выпрямлялись во весь рост, брались за эфесы шашек и вынимали лезвия до половины из ножен, в знак готовности защищать оружием «слово Божие от врагов Христовой веры» или клали руку на рукоять шашки, «чтобы сталь слушала». В церкви мужчины и женщины стояли отдельно – на своей половине.
▲ Местное духовенство, живя с баталпашинским казачеством одной жизнью, разделяя с ними радости и горе, оно не чуждо было и слабостей того же народа – любило выпить при случае (за счёт, конечно, прихожан). Похороны, крестины и свадьбы никогда нее обходились без участия мирских людей. В первом случае в горе искали утешения. К выпивке у них всегда был благовидный повод.
▲ По традиции казаки, возвращаясь из военных походов, значительную часть привезённого добра жертвовали Покровской церкви – за то, что они вернулись живыми и здоровыми после сражения с опасным неприятелем, или на поминовение погибших товарищей. Часто в пользу церкви отписывали своё имущество пожилые казаки, ввиду близкой кон-чины.
▲ 18 марта 1861 г. в Покровской церкви началось чтение царского Манифеста об освобождении крестьян.
▲ В 1882 г. в причёте Покровской церкви было трое священников, диа-кон и трое псаломщиков. Малограмотный псаломщик получал 45 руб. в месяц, а уездный врач с университетским образованием – на 10 руб. меньше. 
▲ В 1889 г. в ущелье Большого Зеленчука, в «мёртвом городе» с несколькими сохранившимися византийскими храмами появился Свято-Александро-Невский Зеленчукский монастырь. В его ведение были переданы два храма, нашедших себе пристанище по ущелью реки Теберды – Шоанинский и Сентинский. 
В них предполагалось устройство ионической обители в честь Георгия Победоносца и «преподобных афонских». 21 января 1897 г. по ходатайству епископа Ставропольского и Екатеринодарского Агафадора святой Синод постановил: «... при древнем храме близ Сенты Кубанской области учредить Спасо-Преображенский общежительный женский монастырь с таким числом монашествующих, какое обитель в состоянии будет содержать на свои средства». Открытие монастыря состоялось 22 октября того же года. 
Среди 300 проживающих в монастыре сестёр очень много было женщин из Баталпашинска, которые занимались в художественной школе искусством иконописания и вышивкой по атласу, ухаживали за 100 пчелиными ульями, крупным рогатым скотом, работали на монастырском сырзаводе. 
▲ 6 декабря 1891 г. в Баталпашинске состоялся молебен по случаю за-кладки первого камня под строительство храма святителя Николая. Войсковая комиссия признала необходимым «возвести в станице Баталпашинской каменную соборную церковь (собор – главный храм города, где совершало богослужение высшее духовное лицо, например, архиепископ) из жжёного кирпича, на каменном фундаменте, о трёх престолах и пяти главах (массивный купол в центре, четыре боковых поменьше – С.Т.), с полом и колокольнею из жженого же кирпича и также на каменном фундаменте и таким же полом». Собор начали строить по соседству с Покровской церковью. 
▲ В акте ревизии г. Баталпашинска от 17 ноября 1893 г., отмечено, что «приговором от 11 декабря 1892 г. за номером 59, общество пригласило одно лицо составить план на постройку собора за 4500 рублей, и уполномочило его ходатайствовать перед начальством об утверждении такого плана». 
▲ Затеян был Николаевский собор с размахом. На его строительство было израсходовано 40 тыс. рублей золотом, с учётом кружечного сбора (распространённая в дореволюционное время форма сбора денежных средств на благотворительные цели, когда сбор средств шёл в прямом смысле в кружку) и сбора по «подписному листу», когда указывались фамилии пожертвователей.
▲ На строительство собора методом народной стройки ушло несколько лет. Назвали его Николаевским. Разместившийся на площади 0,1 гектара, собор вмещал внутри от 3 до 5 тыс. прихожан.
▲ Первые два этажа собора были сложены не из жжёного кирпича, как планировалось, из тёсаного жёлтого камня, который каменщики специальным способом обтачивали, а в раствор, чтобы крепче держал, добавляли куриные яйца. Неподалеку от места строительства собора была выкопана большая яма, в которой гасили известь, размешанную на молоке и белках куриных яиц. Каждое подворье города обязано было сдать для строительства собора по 300 яиц. К строящемуся храму подъезжали также подводы, гружённые доверху куриными яйцами, которые присылали из окрестных населённых пунктов. Лес для строительства собора сушился в тени около трёх лет. 
▲ В 1894 г. в Баталпашинске было открыто Отделение епархиального училищного Совета.
▲ Если в Баталпашинске закладывалось новое здание, даже кабак, – всё это «освящалось» специальными молебнами священнослужителей. В местных газетах часто указывается год освящения Николаевского собора – 1896. Эта дата не верна. В ходе беседы реставраторы церквей и соборов города Таганрога, ещё в 1987 году, разъяснили автору, что в те времена за 5 лет такие соборы не строили. И дело не в том, как работали строители, и какая у них была строительная техника. Дело в том, что при строительстве собора, много времени занимали каменотесные работы, которые осуществлялись на месте строительства. К тому же необходимо было соблюдать выдержку специального раствора и усадку сооружения, которое весило тысячи тонн.
В республиканском музее имеется фотография. Фотоснимок сделан в 1901 г. – в день освящения собора. На нём запечатлён Николаевский собор (так его называли тогда, а не Никольским, как называют ныне – С.Т.) и Покровская церковь. Лишь после освящения собора, когда он «стал главнее», церковь разобрали и перенесли на южную окраину Баталпашинской, то есть на нынешнее место.
У жителя Черкесска Павла Фёдоровича Лаврентьева сохранилось церковное свидетельство о его рождении. Он родился в апреле 1901 г. Выписку из метрической книги о рождении ему выдали в Покровской церкви, а не в Николаевском соборе, потому, что последний к тому времени ещё не был освящён.
И, наконец, в Государственном архиве Краснодарского края до наших дней сохранился приговор жителей станицы Баталпашинской (хотя, фактически, она ещё значилась городом – С.Т.) от 26 августа 1901 г. № 106:
«Мы, нижеподписавшиеся, представители общества станицы Баталпашинской Баталпашинского отдела Кубанской области, избранные ста-ничным обществом на станичном Круге (сборе) из общего числа 742 домо-хозяев, имеющих право голоса участвовать на станичных сборах, в числе 60 человек, из которых 42 человека, будучи сего числа в сборе при станичном правлении, в присутствии председателя, атамана нашей станицы урядника Дмитрия Василенко, единогласно постановили: 
1. Освятить двухпрестольный Собор во имя Святителя Николая 13 сентября сего года. 
2. Просить преосвященного Агафодора епископа Ставропольского и Екатеринодарского призвать на нас Божее благословение и не отказать в своём присутствии освятить вновь устроенный Собор.
3. Почтительнейше просить г-на начальника Кубанской области и Наказного Атамана Кубанского казачьего войска пожаловать в станицу на означенное торжество. 
4. Пригласить от всех станиц Хопёрского полкового округа станичных атаманов и по 2 старика от станиц на торжество освящения храма, как памятника подвига хопёрцев, а также пригласить волостных старшин и по одному старику от селений Александровского, Сергиевского и Северного Ставропольской губернии, входивших ранее в состав Хопёрского войска. 
Настоящий приговор представить г-ну Атаману Баталпашинского отдела на утверждение и просить Его Высокоблагородие пригласить на торжество других лиц по его усмотрению. 
Станичный атаман Василенко».


▲ Имя святителя Николая почитается и в восточных, и в западных странах. По церковной версии, он был архиепископом в городе Миры Ликийской области в Малой Азии. Страны, в которых святой Николай никогда не бывал, считают его своим заступником и покровителем. При жизни прославился чудотворениями, за что и был канонизирован. В честь святителя Николая во славу Божию были воздвигнуты многие храмы. 
В тексте Жития ничего не говорится о времени рождения святителя Николая. Однако предполагают, он родился около 280 г. Год кончины Святого Чудотворца также точно неизвестен, хотя с достаточной уверенностью его относят к промежутку от 345 до 350 г. 
Вместе с тем учёными установлено, что Николай – личность мифическая, а его житие почти дословно переписано с жития древнего святого Николая Пинарского. В первые века христианства образ Николая Чудотворца был создан для вытеснения культов древнегреческого бога морей Посейдона и римского Нептуна. Имя «Николай» означает «победитель народа». 
▲ При постройке Николаевского собора с его купола сорвался и разбился насмерть мастеровой Липендин. Его прах был похоронен рядом с собором.
▲ По штату в Николаевском соборе должны были быть протоирей, три священника, дьякон и четыре псаломщика. Однако в 1903 г. фактически был один протоирей, который получал 900 руб. войскового жалования, один свя-щенник (780 руб.), два дьякона (по 600 руб.) и три псаломщика (по 350 руб.). 
В этом же году в Покровской церкви служили службу три священнослужителя: священник, дьякон и псаломщик, которые получали общественное жалованье в размере, соответственно, 240, 120 и 70 руб. Священник к тому же получал ещё 200 руб. 70 копеек войскового жалованья.
▲ В конце XIX в. Духовное ведомство Кубанской области было разделе-но на 12 округов. Девятым округом – был Баталпашинский. Около 15 лет, в конце XIX – начале XX в. протоиреями Николаевского собора были Матвей Ефимович Белоусов и Василий Акинфиевич Щеглов. Позже количество духовных округов значительно возросло, и в 1914 г. ст. Баталпашинская была уже 26 духовным округом Кубанской области. Протоиреем был Иван Завьялов, священниками Лев Тернов и Пётр Дмитриевич Фёдоров. 

Таблица 1. Чины духовенства по состоянию на начало XX в.


Класс по «табели о рангах» Принадлежность к виду духовенства

Чин

Титулование
1 Белое

Патриарх

Вдадыко или Ваше высокопреосвященство
2 Чёрное

Митрополит

Вдадыко или Ваше высокопреосвященство
3 Чёрное

Архиепископ

Владыко или Ваше высокопреосвященство
4 Чёрное

Епископ

Владыко или Ваше преосвященство
5 Чёрное

Архимандрит

Ваше высокопреподобие
6 Чёрное

Игумен

Ваше высокопреподобие
7 Белое

Протопресвитер

Ваше высокоблагословление
8 Белое

Протоиерей

Ваше высокоблагословление
9 Белое

Священник (Пресвитер, Ирей)

Ваше преподобие или Ваше священство
10 Белое

Протодьякон (Протодиакон)

Ваше преподобие или Ваше священство
11 Белое

Дьякон (Диакон)

Ваше преподобие

  ▲ Как и ныне, духовенство разделялось на белое (низшее) и чёрное (высшее, монашествующее). Для возведения в высший сан – архиерея, требовалось пострижение священника в монахи и полный отказ от всего мирского, то есть семьи, имущества, прежних социальных связей. Чёрным духовенством называлось потому, что монахи всегда носили чёрные одежды.
Благочинный – священник, надзирающий за деятельностью нескольких приходов одной и той же местности.
Дьяконы и протодьяконы белого духовенства обязаны были окончить курс в низшем учебном заведении – духовном училище, а иереи и протоиереи – духовные семинарии. В духовные учебные заведения принимались лица всех сословий, но выпускники могли отказаться от священнической деятельности.
Служители каждого храма составляли притч. Кроме настоятеля – священника и его помощника – дьякона, в притче состояли и низшие церковнослужители, не получившие религиозного образования и не посвящённые в сан, – дьячки (официально – псаломщики) и пономари.
Дьячка, по сходству слов, часто путают с дьяконом. Он не принадлежал к духовному сословию, однако при этом должен был быть обязательно грамотным, так как ему часто приходилось читать церковные книги.
Пономарь был старшим служителем в церкви, одной из его обязанностей было чтение молитв над покойником – труд тяжёлый, длительный и однообразный.
▲ Трёхарочные ворота главного входа Николаевского собора, над которыми находилась икона богоматери, окружённая святыми апостолами на вертикальных боковых пилястрах, округлялись ажурной оградой. Выполненная из металла и дерева, она охватывала собор по всему периметру. 
Сам собор сиял пятью главами, главная из которых взметнулась над Баталпашинском на 62 метра. Их было видно за десять вёрст от города. Едет казак с армавирской ярмарки, увидит издали купола – они, как облака, плавали над садами – и крестился: «Ну, слава тоби, Боже, теперича мы вже дома». 
▲ Рядом с собором, на переднем плане, как бы подмяв под себя главные ворота, высоко в небо взметнулась белокаменная двухступенчатая колокольня (высокое башнеобразное сооружение, предназначенное для подвески колоколов – С.Т.), выполненная в стиле барокко. Она опиралась на мощные колонны двухэтажного строения соборного входа, имевшего огромные двупольные ворота. Они были увенчаны массивной стеклянной аркой, выполненной в виде полукруга. 
▲ На колокольне находились два десятка колоколов, к которым вели 222 каменные ступеньки. 
▲ На первой ступени колокольни висел самый большой, с могучим басом, колокол – «вечевой». На нём была надпись, и весил он 850 пудов (около 13,6 тонны). Вторая ступень вмещала «средний» и малые колокола. Над этой ступенью располагался восьмигранный купол, выполненный в виде пологого конуса. Через малую, яйцеобразной формы опору, он был венчан массивным позолоченным крестом. Второй или «средний» колокол – весил 120 пудов, пять малых – по 77 пудов каждый, а остальные – были мелкими.
«Как заиграет колокольная музыка, округа словно поднималась, за тридцать вёрст слыхать было». Действительно, звон главного колокола разносился так громко, что его всегда слышали заработавшиеся допоздна в степи баталпашинцы, находящиеся от города за 30-40 вёрст, вплоть до ст. Ураковской и Суворовской. 
▲ Большой колокол всегда звал верующих на молебен, приглашал на престольные праздники, извещал станичников о сборе войскового округа. Били в него и в бедствия – при начале войны, больших пожарах, несчастных случаях. В метели – а зимы были тогда жестокими – на звон большого колокола выходили, выезжали замерзавшие, заплутавшие в пургу путники – пешие и конные. 
В средний колокол отбивали часы дня. В 5 часов – 5 ударов, в 12 дня – 12 ударов. «Средний» тремя ударами гудел на смерть взрослого. 
Малый колокол трижды отзывался на смерть младенца. 
▲ Все колокола были изготовлены на колокольно-литейном заводе в Ставрополе, ставшем главным поставщиком колоколов всего Кавказа с конца 40-х годов XIX века. Ясно, что малиновый звон Николаевского собора требовал и особого исполнительского мастерства. Божий слуга Мелетий с помощником освоили колокольную грамоту, и благовест в ст. Баталпашинской стал обычным явлением, если справедливо употребить слово «обычный» по отношению к столь торжественной, праздничной му-зыке.
▲ Словами «малиновый звон» на Руси издавна подчёркивали красоту звучания колоколов, их особый звук. Откуда такое сравнение? Автор полагал всегда, что от слова «красный», которым казаки обозначали всё красивое. Малиновый – оттенок красного? Оказалось, нет. Название пошло от имени бельгийского города Малин. Побывав там, русские купцы были восхищены тонкостью звучания тамошних колоколов. Так малиновый звон стал своего рода эталоном звучания. 
▲ Главное здание апсиды (верхняя часть) было ажурно выполнено из добротного, один в один, красного кирпича и выступало из-за колокольни крыльями стен с прямоугольными углами. 5 мощных куполов, с крестами в позолоте, опирались на высокие, сложенные из того же красного кирпича, цилиндрические башни. Все башни были прорезаны восемью, вытянутыми на всю высоту башен, решётчатыми окнами.
Центральный, более массивный купол, опередив по высоте своих угловых собратьев, был ниже колокольни и восседал на мощном цилиндрическом барабане, расписанном внутри многочисленными фресками, изображавшими различные сцены из жизни Христа и святых.
▲ Свод поддерживали 4 колонны, пол был выложен двухцветным кафелем. Пришедших в собор изумляло и его убранство. Особенно 8-ярусный иконостас – украшенная иконами стена, отделяющая алтарь от средней части храма – с серебряной резью, богатые иконы и художественная выразительность настенных фресок. Застеклённый иконостас, с двухстворчатыми дверьми посередине, именуемыми царскими воротами, причудливо светился позолотой – пластинками, наложенными на дерево. Он чётко выполнял функции религиозно-эмоционального воздействия на сознание и чувства верующих. Иконы в иконостасе размещались по строгой системе. 
▲ На главном престоле стоял золотой ковчег в 10 кг. А всего было 3 престола и на каждом по 2 золотых креста. Дароносица тоже была золотая. Оправа иконы Николая Чудотворца – из чистого серебра. Серебряными были и две купели для крещения детей. Чтобы передвинуть их с места требовалось усилия четырёх дюжих казаков.
А сколько было другой церковной утвари – подсвечники, люстры, кадила, паникадила. Всё это – произведения искусства, всё сверкало золотом и серебром.Довершал всё убранство божьего храма великолепный золотой пятикилограммовый пятисвечник. И всё это вдалеке от центров культуры! Внутри, на втором этаже, было место для большого хора певчих, а внизу – огороженные, небольшие, немного приподнятые, клиросы для хора певчих, читки Евангелия и других церковных книг при богослужении. Собор поражал своей акустикой. Голос дьякона под огромными сводами делался мощным, будоражащим душу и сердце.
А как звучал хор! В церковном хоре отличался красивым сильным голосом Рыбасов, казак без обеих ног. Его казаки на хоры вносили на плечах. Церковное пение доставляло казакам истинное и ни с чем несравнимое наслаждение. Собор, который имел даже зал для спевок хора, не отапливался, но и в лютые морозы в нём было тепло – столько народу собиралось. Старушки приходили в собор в длинных юбках, подвязанные платками, подтянутые молодые казаки в черкесках. Важно приходили с расчёсанными бородами старики, также в черкесках, с медалями и Георгиевскими крестами. В соборе все становились на свои места: женщины в левом притворе, мужчины в правом. Порядок в соборе поддерживался сестринством из тридцати женщин. Из них никого уже не осталось в живых. Последней ушла в мир иной Анастасия Васильевна Калаушина. 
▲ В собор многие шли, как правило, босиком, а при входе в собор обувь на ноги одевали. Не зря на сей счёт, была сложена байка: «Он износил голенища под мышкой».
▲ Богослужение в соборе у баталпашинцев совершалось ежедневно по монашескому чину восточной православной церкви. Во время богослужения казаки держали себя в высшей степени чинно и благопристойно. Чтобы не нарушать тишины, войдя в церковь, они размещались, соответственно чинам, по разным местам: простые казаки – рядами посередине церкви, старшины и почётные старики – за особыми местами, стоявшими с обеих сторон у стены церкви.
▲ Если о внешнем облике Николаевского собора остались хоть какие-то документальные сведения, фотографии, то о внутреннем убранстве можно судить только со слов старожилов, которых, понятно, с каждым годом становится всё меньше. Говорят, что в соборе хранились в церковном отношении очень большие ценности. Якобы даже была икона, написанная на кусочке дерева, взятом от первой христианской церкви Киева, и что эта икона благословляла весь Баталпашинский отдел.
▲ У Николаевского собора всегда было многолюдно. Его паперть оса-ждали нищие, калеки, просто бродяги. Тут же, рядом с собором, бойко шла торговля иконами, крестиками и другими церковными принадлежностями.
▲ На Храмовые праздники жители Усть-Джегутинской, Николаевской, Бекешевской, Беломечетской и других соседних станиц в Баталпашинскую не приглашались. Если же кто из посторонних появлялся, то их охотно принимали. После божественной литургии устраивался общественный обед, куда приглашались все взрослые обыватели станицы, местной власти и духовенства. Больше всего в этот день выпивалось водки.
▲ В Николаевском соборе служил псаломщиком и сторожем Василий Максимович Гамиев (1912–1990), бывший протодьякон Покровской церкви. Отца Василия все верующие люди г. Черкесска горячо и искренне любили за его доброту, открытость, за его чистую совесть. Рождённый и воспитанный в крестьянской семье, он как бы впитал в себя силу русских богатырей: высокий, плечистый, с приветливым открытым детским взором, он с первой встречи располагал и покорял всех своей богатой душой. Не из лёгких был его жизненный путь. Пришлось испытать и сталинские репрессии, и с первых дней Отечественной войны встать на защиту Родины, получить несколько ран, заслужить боевые награды. Он любил повторять: «Среди всех национальностей есть две главные нации – это добрые и злые люди». Поэтому среди посетителей его дома часто можно было видеть людей многих национальностей.
▲ К Николаевскому собору была приписана Покровская церковь, которая стояла вместе с ним до июля 1903 г., а затем была разобрана и перевезена на быках на полторы версты южнее – на Покровскую площадь, на которой стоит и ныне. В тот год последней улицей на юге была Тургеневская, а дальше – только степь.
▲ Восьмиконечный крест, возвышающийся над куполом Покровской церкви, состоит из четырёх частей: собственно крест, на котором был распят Иисус Христос; над основным крестом – маленькая горизонтальная перекладинка. Это табличка, на которой написано: «Иисус Назорей, царь Иудейский». Косое нижнее перекрестие – верхний конец его всегда направлен на север – символизирует своеобразную перекладину весов божьего суда («Мерила праведного»). Она указывает на два возможных пути для человека: рая и ада.
▲ Покрытая тёсом «родная» колокольня Покровской церкви сгорела на пожаре во время боевых действий с горцами.
▲ К 1917 г. авторитет церкви у активной части трудового населения страны был невысок. Временное правительство освободило православных солдат от обязательного соблюдения церковных таинств, процент причащающихся сразу упал от 100 до 10 и менее. «Народ русский никогда не был православным. Никогда не был религиозным сознательно… Отрекается, не почесавшись! Невинность ребёнка или идиота» – писал в 1919 г. в своём дневнике один из очевидцев того времени.Начиная с 1906 г., из епархий в Синод стал поступать поток донесений о массовом отходе рабочего люда от церкви. Один из сельских сходов направил верхам своё решение о закрытии церкви. Так как «если бы был Бог, то он не допустил бы таких страданий, таких несправедливостей». Обозначился явный отход от официальной церкви и интеллигенции. 
В июне 1910 г. церковные служители и священники брали с бедного крестьянина за похороны 7-10 рублей, за венец – от 10 до 25 руб., за праздничные молебны в церкви само собой и т. п., требовали плату с живого и мёртвого. И это при всём том. что питание крестьянина в среднем составляло около 20 руб. в год.И вообще священники только и жили поборами, брали с людей яйца, шерсть, телок. Умер – деньги, родился – деньги, исповедовался – деньги, женился – деньги, крестил дитя – деньги. Брали не сколько им давали, а сколько им вздумалось. И даже в голодные года брали. Некоторые в долг строили священникам дома, обрабатывали землю.
▲ 2 февраля 1918 г. СНК молодой Российской республики под видом декрета «Об отделении церкви от государства и школы от церкви» ликвидировал у Русской церкви все юридические и гражданские права. Религия была признана частным делом граждан, церковь потеряла право участия в государственной деятельности. Преподавание Закона божьего в школах отменялось. Устанавливался гражданский брак и развод по суду. Имущество церкви, в том числе крупные поместья монастырей, объявлялись народным достоянием. А всё это, в конечном счёте, подрывало источники доходов церкви.
12 апреля 1918 г. Советом Народных Комиссаров был принят Декрет о памятниках республики, который гласил: «Памятники, воздвигнутые в честь царей и их слуг и не представляющие интереса ни с исторической, ни с художественной стороны, подлежат снятию с площадей и улиц и частью перенесению в склады, частью использованию утилитарного характера. ...». В числе первых в Москве в сквере возле Храма Христа Спасителя был демонтирован прекрасный памятник императору Александру III. Культурная, социальная, идеологическая, государственная политика новой власти старой России практически не оставляла никаких шансов.
▲ В 1920 г. после Ленинского декрета «Об изъятии благородных метал-лов, денег и разных ценностей» активно проводилась кампания по сбору предметов, имеющих художественное значение, для продажи за границу. Даже из Алмазного фонда были проданы уникальные вещи. И это продолжалось и в 1930-е годы. Например, только за одно проданное яйцо Фаберже «Корзина полевых цветов» можно было целый месяц кормить 10 сотрудников ГУЛАГа, зарплата которых в среднем составляла 210 рублей. Чекистам было разрешено оставлять себе 5% реквизированного.
▲ 1922 г. от Рождества Христова – это год официального и триумфального наступления Советской власти на церковь. В этом году общее население голодающих областей составляло около 32 млн. Из них голодало более 20 млн. То есть каждый седьмой гражданин Советской России находился в состоянии голода, близком к людоедству. 
23 февраля 1922 г. ВЦИК Российской Федерации издал декрет об изъятии церковных ценностей «на нужды голодающих». Тончайшая работа по расколу и развалу православной церкви, обеспечению изъятия церковных ценностей, имевших музейные значение (все предметы из золота, серебра и драгоценных камней), проводимая под лозунгом помощи голодающим, была поручена председателю ВЧК-ГПУ поляку Ф. Э. Дзержинскому. 
Непосредственно эту работу возглавил Евгений Тучков – начальник 6-го Секретного отдела ГПУ. Изъятые ценности шли на переплавку. 
Из Храма Христа Спасителя был конфисковано 34 пуда серебра, из храма Василия Блаженного – 24 пуда серебра, 6 фунтов золота, из храмов Кремля – 290 пудов серебра, более пуда золота, 259 бриллиантов, 672 алмаза. Всего было изъято на сумму 4 млн. 650 тыс. рублей.
Из этой суммы на покупку хлеба голодающим потратили только 1 млн. рублей. Остальные деньги ушли на саму кампанию по борьбе с церковью, зарплату работникам ВЦИК и членам комиссий по изъятию ценностей. 
В одной только Москве было 427 храмов, из которых каждый, между прочим, стоил бы теперь – даже если продать на распиловку Америке – миллионы и миллионы. 
▲ Изъятие церковных ценностей сопровождалось большой пропагандистской работой властей: съезды сельсоветов принимали единогласные постановления об изъятии церковных ценностей, исполком ОКЧАО постановил образовать комиссию по изъятию церковных ценностей в пользу голодающих.Но не все священники были так послушны и безропотно сдавали церковные ценности, и далеко не всё население Баталпашинска с одобрением относилось к изъятию церковных ценностей.
▲ 19 марта Ленин направил секретное письмо членам Политбюро: «Именно теперь и только теперь, когда в голодных местностях едят людей и на дорогах валяются сотни, если не тысячи трупов, мы можем и поэтому должны провести изъятие церковных ценностей с самой бешеной и беспощадной энергией, чем обеспечить себе фонд в несколько сотен миллионов золотых рублей. Без этого фонда никакая государственная работа немыслима». 
▲ В журнале «Известия ЦК КПСС» (№ 4, 1991) в разделе «Из архивов партии» было опубликовано письмо В. И. Ленина, адресованное В. М. Молотову для членов Политбюро в 1922 г., в котором он писал: «... на этом совещании провести секретное решение съезда о том, что изъятие ценностей, в особенности самых богатых лавр, монастырей и церквей, должно быть проведено с беспощадной решительностью, безусловно ни перед чем, не останавливаясь и в самый кратчайший срок. Чем больше число представителей реакционного духовенства и реакционной буржуазии удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше. Надо именно теперь проучить эту публику так, чтобы на несколько лет, ни о каком сопротивлении не смели и думать».
Трагическая статистика первых лет революции фиксирует убийства священнослужителей, конфискации церковного имущества, вскрытия святых мощей, запрещения крестных ходов, осквернения церквей и монастырей, их закрытие. В ходе антицерковной кампании 1921-1923 гг. были осуждены и уничтожены 2691 священник, 5410 монахов и монахинь, без суда погибло около 15 тыс. служителей церкви.Монастыри стали излюбленным местом для концлагерей и для детских колоний.
▲ В Баталпашинске тоже проходила кампания по «изъятию церковных ценностей». Совершалось действие, ещё несколько лет назад показавшееся невероятным: Из Николаевского собора, Покровской и Армяно-григорианской церквей изымались реликвии: их мерили на фунты и пуды и вместе с разным прочим «ломом» из драгоценных металлов отправляли в Москву. Храмы бывшей казачьей станицы лишились того, что собиралось долгими столетиями и десятилетиями.
▲ В сентябре 1923 г. с бездействующей Армяно-григорианской церкви (католическая церковь располагалась на нынешней территории Черкесского городского узла связи – к востоку от Главпочтамта; в марте 1927 г. эта церковь ещё существовала – С.Т.) был снят колокол и передан в распоряжение коммунального хозяйства города для установки на пожарной вышке. В 1927 г. «старый, разбитый колокол с пожарной вышки был продан Баталпашинскому исправительно-трудовому дому».
▲ В июне 1928 г. совещанием в агитационно-пропагандистском отделе ЦК ВКП (б) по вопросам антирелигиозной пропаганды началась эпоха оголтелого наступления на религию.
В феврале 1929 г. в Черкесию поступило письмо ЦК ВКП (б) за подписью его секретаря Л. М. Кагановича «О мерах по усилению антирелигиозной работы», разосланное во все республиканские, краевые, областные, губернские и окружные парткомы.
В конце 1929 г. по стране была впервые проведена едва ли не самая кощунственная акция XX века – антирождество. Это было глумливое гуляние людей, приуроченное к празднику Рождества Христова. На нём демонстрировались антирелигиозные представления агитбригад, стихийно вспыхивали костры из икон и религиозных книг. В 1930 г. были проведены уже две кампании – антирождественская и антипасхальная, в 1931 г. – тоже. Они проходили под лозунгами «За безбожный город, за безбожную колхозную деревню».       
1929 г. стал переломным и ещё в одном отношении. Уже в первом полугодии в стране закрылось более 400 храмов, в августе та же участь постигла ещё 103 храма. Первые сносы храмов стыдливо обосновывались необходимостью расширения и выпрямления улиц с целью решения транспортных проблем. Их аккуратно разбирали. Но потом пошло открытое уничтожение церквей и соборов. Изменилась и техника уничтожения – их начали взрывать...
▲ В июне 1929 г., в Москве, состоялся II съезд Союза воинствующих безбожников, которых организовал и возглавил Емельян Ярославский, он же Миней Израилевич Губельман. Прозванный «советским попом», он основал журнал «Безбожник», на который государство заставило подписаться миллионы рабочих и крестьян.В Баталпашинской, как и по всей стране, стала популярной практика проведения сходов, собраний и митингов, на которых простым большинством голосов, зачастую в отсутствие «заинтересованной стороны», принимались решения, быть или не быть в населённом пункте действующей церкви, мечети, синагоги, молитвенному дому. Лозунгом антирелигиозного движения стал призыв: «Борьба с религией – есть борьба за социализм». 
▲ 1930 г. характеризовался продолжением «натиска» на религию и церковь. Партийные и советские работники, стремясь ускорить процесс «изживания религии», прибегали на местах повсеместно к незаконным административным мерам, а попросту к самоуправству. Они закрывали церкви, изымали культовое и иное имущество, арестовывали служителей культа и не допускали их на «свою» территорию, снимали колокола и изымали у верующих иконы из домов, запугивая введением специального налога на них. 
Со времени октябрьского переворота и до начала Великой Отечественной войны по распоряжению Советской власти в СССР было уничтожено (частично или полностью) около 50 тыс. храмов, часовен и колоколен; изъято «на государственные нужды» сотни тысяч пудов драгоценной церковной утвари и несметное количество богословских книг; обращено в металлолом около 250 тыс. колоколов. 
Посмотрите, сколько храмов было разрушено в столицах – половина. А в губернских городах – две трети. А в уездных и мелких – четыре пятых. А в деревнях – почти всё! Крестьянин означало христианин. Потому-то и уничтожалось крестьянство-христианство весь ХХ век, а к началу XXI века окончательно превратилось оно в «сельскую массу», обезбоженную и обезличенную, способную только пьянствовать да воровать.
▲ 15 мая 1932 г. Декретом советского правительства была объявлена «безбожная пятилетка», поставившая цель: к 1 мая 1937 г. «имя Бога должно быть забыто на территории страны». 
▲ В 1933 г. баталпашинские большевики на одном из своих собраний слушали вопрос о закрытии армянской церкви и Николаевского собора, где постановили: «... Считаем, что собор, как рассадник религиозного дурмана, нам не нужен. Поручаем горсовету, и прочим организациям, немедленно закрыть собор».
▲ Николаевский собор уничтожали постепенно. Сначала представители властей отобрали у служителей ключи, замкнули двери и заявили, что служб больше не будет. Тех священников, кто сильно протестовал, посадили в одну ночь в заведение, из которого небо было видно только в клеточку. Других, в последствие, причислили к «лишенцам» (лишенным гражданских прав). 
Затем был период, когда лихие комсомольцы, сняв кресты и иконы, превратили святой храм в «танцульку» им. Клары Цеткин. На одной из стен собора кем-то было начертано кривым шрифтом: «Бога нет, стыда нет, спеши жить». 
Некоторые комсомольцы сжигали иконы, доказывая тем, что бога нет. Если бы был, то покарал, а всё обходилось без кары. «Отсутствие бога» было таким образом «доказано». А икон не стало. 
Часто можно было услышать на улице такой разговор: «Эй, сват, куда идёшь?» «В собор!» «Чего там у тебя?» «Да хлеба пуда три всё никак не могу получить». Вы уже поняли, что постепенно разграбленный собор превратили в станичный амбар. Засыпали в него пшеницу, а для её охраны поставили сторожа Солженикина. 
▲ В 1934 г. пришло «крутое» время, и собор стал лишним – лишним для той жизни, куда насильно загоняли наших дедов и отцов. Считалось, что собор – символ старого, уходящего и отсталого. Весной зерно из собора вывезли, а летом в город Сулимов пришёл приказ за подписью Л. М. Кагановича – в течение месяца Николаевский собор уничтожить. Председатель местного облисполкома Николай Соболев, человек верующий, приказ не исполнил, в надежде, что в центре одумаются. Но ошибся…
Это сейчас мы привыкли к потоку бумаг. А тогда бумажка много значила. Как шарахнут декрет сверху, умри, но выполни. От одного слова, одной запятой кое-кого в дрожь бросало. Следом пришла депеша Кагановича, требующая уничтожить собор в трёхдневный срок. В случае неисполнения Соболеву, его семье и родственникам, грозил расстрел. 
Много горожан пришли ранним июньским утром полюбоваться в последний раз своим красавцем. Под ярким солнцем он смотрелся кроваво-красным. Его тело сверлили и забивали в отверстия гильзы с взрывчаткой, как гвозди при распятии.
Для них этот Православный храм – это не архитектурное сооружение, это место, где осуществлялась связь времён, поколений. В истории Николаевского собора переплелись судьбы многих баталпашинцев. Многое кануло в Лету, стёрлось из памяти или ушло в Вечность вместе с теми, кто здесь молился, служил.
Люди отрешённо и беспомощно смотрели на казнь, учинённую над со-бором, который ещё недавно красиво возвышался над городскими хатами и был для города своеобразным «памятным знаком». В один миг город стал как бы осиротевшим, неприметным ни с запада, ни с востока. И было больно: не заслужила бывшая казачья станица к себе такой немилости и неуважения... Большевики взорвали не просто храм, они взорвали символ города, который за не такую уж свою долгую жизнь принимал под своими сводами всех: как богатых, так и бедных, как казаков, так и иногородних.
Тогда дети, а сегодня пожилые люди вспоминают: « ...зрелище было ужасное. Как-то нехорошо было, жутковато. Ведь в соборе молодые венчались, затем крестили своих младенцев, отпевали усопших. Собрался народ. Многие плакали. Милиция стреляла в воздух. Страшно скрежетали лебёдки, срывали крест, купол...»
Сначала собор обезглавили. Кресты решили снять раньше, думали, что они золотые. Сияющие над куполами кресты обвязывали верёвками и раскачивали до тех пор, пока они медленно не начинали клониться. Выдранные с корнем, падали они на крышу куполов. И божий храм не то чтобы тускнел или терял свой величавый и святой вид, но как-то кощунственно оглумлялся.
Работами по снятию колоколов с колокольни руководили мастеровые Сулимовского завода «Молот» Кирьялов и Горлов. Первый, говорят, был большим специалистом по вскрытию любых замков в сейфах.
Взялись за самый большой колокол. Жители станицы Усть-Джегутинской говорили об этом колоколе так: «Слышь, Баталпашинский бугай заревел...». Его сбросили на каменную паперть, где нагревали «до красна» лемехами. Затем на него лили холодную воду. И уж кувалдами разбивали на мелкие куски. Он раскалывался, вызывая приступ дикого восторга вновь вылупившихся активистов, которые в варварском упоении долго бесновались возле поверженных святынь. 
Потом была применена взрывчатка. Построенный на собранные пятаки да двугривенные всего баталпашинского казачества, крестьян и иногородних (простому люду не чуждо было искусство, и он не жалел на него ни денег, ни сил), Николаевский собор приподнялся в воздух и с тяжёлым стоном рухнул наземь. Уже попали в мир иной те, кто его взрывали, поумирали потрясённые очевидцы, а мы, никогда не видевшие этого, до сих пор слышим и чувствуем этот стон. Эхо того взрыва, как проклятие, будет слышно всегда.
Взрыв сорвал колокольню, разрушил стены... По широким стальным балкам потом сбрасывали вниз колокола... Кирпичная кладка не поддавалась, стены собора ломали на куски, а затем растащили на кирпичики. Лишь фундамент оказался разрушителям не по зубам.
Вечером в доме одной из хористок собрались участники хора. Собрались тайно. И пели вполголоса «Придите верные». Молодую хористку Женю Жданову не пустили родители. Потом в городе скажут, что был слышен дискент Нины Мухиной, альт Полины Ткачёвой, сопрано Марии Котовой, тенор Калаушина, бас Гумиёва. Они не кончали консерваторий. Голоса были даны от Бога.
Храмовое добро было частью сожжено, частью роздано жителям, частью пропало. Иконостас, облитый керосином и подожжённый, горел несколько дней и ночей. Возле него грелись рабочие, готовили еду. Иногда втихую отплясывали и пели частушки на злобу дня:
«Вышью Сталина портрет, В золотую рамочку.Заманули нас в колхоз,Тянет Ванька лямочку.Спасибо партии роднойЗа доброту и ласку, Что отменила выходнойИ святую Пасху».
Жаль храма. Был собор – и нет его. Как будто и вовсе не было. Ни ру-ин, ни следа на земле, где стоял... Жаль. Тем более что уничтожение его было вызвано не требованиями революционной обстановки, а недомыслием, узким непониманием прекрасного. Иногда думается, а может, наоборот, с домыслом и специально… Жаль. Но махать кулаками после драки – дело пустое.
Есть, наверное, какое-то древнее счастье в том, чтобы идти-идти и вдруг выйти к церкви и задержать свой взгляд на окружённой белыми облаками колокольне. Кругом хаос, зло, обнищание, распри, бедствия, неизвестность, преступность, грязь, болезни. И среди всего этого почти три сотни лет стоит Покровская церковь, созданная по законам архитектурной тишины. Известно, что внутренняя тишина здесь заповедована людям для молитвы. Для индивидуальной связи с Богом. К человеку лично приближены все орудия Божии, все иконы, все светильники. И батюшка с ним. Он служит как бы специально для спасенья человеческой души.Большинство современных горожан от тишины отучены. Им скучно оставаться с ней наедине, как скучно привыкшему к выпивке быть трезвым. Поэтому сразу же включаются неумолчные радиопередатчики и магнитофоны, мобильные телефоны, затеваются скорые развлечения, споры.
Каждое воскресенье в Покровской церкви можно увидеть не отдельных многочисленных богомольцев, а в целом народ. Идут, поддерживая друг друга, старушки – приложиться к иконе. Идут сосредоточенно, углублённые в сердечную молитву. В одинаковых белых платочках, одинаково повязанных. Идут отцы семейств с младенцами на руках. Среди богомольцев много молодёжи. Здесь, в церкви, у тебя на глазах собирается типичный русский народ.
И вот все они, эти женщины в платочках, эти православные мужчины, тихие редкостные отроки и отроковицы, поют здесь вместе «Символ веры», «Отче наш», «Царю Небесный, Утешителю...». Поют, как райские птицы. Поют, привлекая ангелов. А слова у них тоже тихие, ласковые. Совсем немного слов. И в заключение обычное «Спаси Вас Господи». 
А огонь горящих свечей! Он живо струится и никакой, даже сильный поток воздуха, не может задуть его. 
Слёзы наворачивались на глаза, видя как старушки, женщины и дети звенели мелочью. Они жертвовали на постройку Николаевского (Никольского) собора свои драгоценные копейки. Цены нет этим народным взносам, этим скорбным пятакам, этим слёзным копеечкам.
Может, в церкви бывают и богачи. Не знаю. Среди молящихся, в основном, лишь самый, что ни есть «простой» народ – в морщинах, с печатью трудов и забот на лицах, с пустыми хозяйственными сумками, которые вечно с поломанными замками.
Прошло уже несколько десятилетий, но большинство жителей Черкесска до сих пор не могут простить тех, кто давал санкцию на снос собора. По сей день у многих горожан возникает вопрос: ну почему же всё-таки был разрушен Николаевский собор – «памятный знак» города? Одно время была мода объяснить подобное «яростью обновления». Скорее всего, это была простая бездуховность, порождённая умышленным обрубанием корней русской памяти. 
Просматривая старые фотографии собора, нельзя не восхищаться: до чего же он был величествен, пропорционален! Но ещё больше восхищает дальновидность, архитектурное и строительное мастерство наших пращуров. Умели они, и выбирать место для храмов, и возводить их в небеса! А какие были великолепные стены, сооружённые пришлыми умельцами вокруг собора! Глядя на снимки прошлых лет, умиляешься – вот ведь, религия религией, но побуждал же собор к творчеству, выявлял способных, давал им работу, собирал, хранил их творения за своими стенами – и мы, потомки, даже на фотографии благодарно смотрим на каменную тончайшую резьбу, на суровые лики святых, писанных искусной кистью мастера.
До настоящего времени верующим удалось сохранить только четыре иконы – Христа-Спасителя, Божьей Матери, святого Русской Православной церкви князя Владимира и Николая-Угодника. Все они сейчас находятся в Покровской церкви города Черкесска.
▲ У прихожанки из Черкесска Ольги Дробиной прадед Дмитрий Барданосов был свидетелем, как в 1934 г. разрушали собор, а её прабабушка даже пела в хоре собора. В 1934 г. Дмитрия раскулачили, арестовали, а спустя год он был расстрелян на Ставрополье.
▲ Случайным свидетелем разрушения Николаевского собора стал председатель Совнаркома Российской Федерации Д. Е. Сулимов, который прибыл в столицу Черкесии, названной его именем. В тот день, 12 мая 1934 г., рабочие завода «Молот» сбросили с колокольни колокола и поломали купола. Ох, и ругал же местных чиновников Даниил Егорович, но было уже поздно. 
▲ После сноса Николаевского собора, центральная улица города – Первомайская и ул. Ленинская были замощены булыжником на площади более 2,6 тыс.кв. м.
▲ Остатки строительных материалов от собора были использованы при строительстве городских объектов. Так, например, из камня выложили фундамент и первый этаж Дома Советов, сложили стены городской библиотеки и бани. Плитке, что украшала пол внутри собора, тоже нашли применение – двухцветным кафелем выложили пол на железнодорожном вокзале и в городской бане, построенной над Кубанью. Баня с тех пор и обрела дурную славу. Молва гласила, что будто бы на её стенах выступали капельки крови и раздавались людские стоны. Эту баню много раз перестраивали, но за ней так и закрепилась репутация неблагонадёжного места.
▲ Под страхом преследования Советская власть запрещала горожанам хранить предметы из разорённого Николаевского собора и документальные сведения о нём, надеясь таким способом стереть о нём память. Но эффект был обратным: собор оброс легендами и стал неофициальной историей города, которую передавали из уст в уста. До наших дней дошли лишь чёрно-белые фотографии: оригинальное здание с величественными куполами и старинной кладкой. Это был особый проект, но имя архитектора, работавшего над ним, история не сохранила. Специалисты утверждают, что у собора были общие черты с Усть-Джегутинским храмом, нечто схожее с Ростовским-на-Дону и Новочеркасским, и всё же второго, подобного Николаевскому собору, памятника архитектуры на юге России не было.
▲ Старожилы говорят, якобы тогда же, в 1934 г., старица Параскева и объявила о своём видении: мол, с большими трудностями, очень тяжело, но Николаевский собор будет восстановлен. О ясновидящей Параскеве история сохранила скупые сведения. Она в 26 лет осталась вдовой с малолетними детьми на руках, жила очень тяжело, но помогала ей выстоять вера в Бога. Временами она «замирала», и в таком состоянии ей открывалось будущее.
▲ Покровская церковь, наверное, разделила бы участь Николаевского собора. Однако группа верующих, выехав в Москву, добилась встречи с самим «всесоюзным старостой» М. И. Калининым, и тот дал Покровской церкви «охранную грамоту».
В годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. Покровская церковь приняла активное участие в сборе денежных средств в фонд обороны страны. И. В. Сталин направил в Черкесск телеграмму. В ней вождь выразил благодарность благочинному православных церквей Черкесской автономной области, настоятелю Покровской церкви города Черкесска протоирею Кубанскому Георгию Захаровичу и церковному старосте Бондаренко Прокофию Павловичу за то, что духовенство и верующие города Черкесска собрали в фонд обороны СССР 171354 рубля. 
Текст этой телеграммы хранится в республиканском архиве и был опубликован в местной газете «Красная Черкессия» 28 февраля 1945 г.
▲ За время своего пребывания в Черкесске богослужение в Покровской церкви ни разу не прерывалось, даже в годы Великой Отечественной войны, когда Черкесск был оккупирован немецко-фашистскими войсками. Сколько молитв и проповедей прозвучало под её сводами во славу воинов, в честь их побед с фашистским врагом и в память сложивших головы на поле брани.
Во время оккупации при отступлении немцы хотели взорвать церковь. Но вышло по-иному. Кто-то из прихожан хорошо знал немецкий язык и сумел уговорить их не делать этого. Церковь осталась.
▲ В послевоенные годы настоятелями Покровской церкви были протоиреи Фёдор Максимович Артюшенко (1884–1964) и Борис Васильевич Чикильдин (1897–1989). Став дьяконом в 1921 г., а священником – в 1932 г., Б. В. Чикильдин прибыл 6 апреля 1948 г. в Покровскую церковь из г. Сальска Ростовской области, где служил в Свято-Покровской православной церкви. Очень любил голубей и своих сыновей. Его четыре сына – связист Виктор, танкист Михаил, лётчик Павел и парашютист-десантник Сергей – пали на фронтах Великой Отечественной. Их портреты висели в доме священника над дверным проёмом, напоминая о счастливой довоенной жизни.
Потом, меняя друг друга, несколько лет подряд службу в церкви вели священнослужители Всеволод Баталин, Филипп Устименко, Пётр Городовой. 
13 июля 1959 г. в Покровскую церковь Б. В. Чикильдин был назначен во второй раз. Вторым священником стал Пономарёв Николай Михайлович, кавалер многих медалей и орденов. Он участник Сталинградской битвы, брал штурмом Будапешт, работал на Черкесском заводе «Молот». Не забудут горожане и других слуг Господа: Антония Лагутина, Николая Даниловича Остроушко, Владимира Александровича Ефименко, Михаила Даниловича Остроушко. 
▲ В 1980-е гг. Покровская церковь ежегодно добровольно отчисляла в фонд Мира около 20% денежной суммы, поступающей от верующих, что составляло около 16-18 тыс. рублей. Она помогала и помогает Красному Кресту, домам престарелых, Детскому фонду, жертвует на строительство храмов.
«Мы любим Отечество, желаем ему благоденствия ещё более, нежели славы желаем, да не изменится никогда твёрдое основание Святой Веры, да цветёт Россия! На земле нет ничего бессмертного, кроме души человече-ской», – этими строками, принадлежащими перу великого Карамзина, встречало раньше верующих подворье храма Покрова Божьей Матери. Здесь всё дышало покоем, тишиной, историей. Здесь – центр Карачаево-Черкесского благочиния. В нём было 11 приходов и несколько священников, преданных делу Божьему. В нём было тысячи верующих, стариков и молодых, лишь недавно осознавших, что они – православные. При церкви проходили собрания актива церкви православных верующих всего благочиния Карачаево-Черкесии, приёмы зарубежных делегаций, религиозных общин, торжественные встречи правящего митрополита Ставропольского и Бакинского, других архиепископов и епископов.
▲ 25-28 июня 1988 г. в г. Черкесске с участием всех священнослужителей области и православных жителей города, при поддержке местных органов власти, прошло торжественное празднование 1000-летия крещения Руси. По случаю праздника Черкесск посетил архиепископ Ставропольский и Бакинский Антоний, благочинные Русской православной церкви из Кабардино-Балкарии и Азербайджанской ССР. 13 октября 1988 г. в зале заседаний облисполкома со священнослужителями встретились советские работники. На другой день священнослужители возложили венки к Вечному огню, к могилам воинов, погибшим при освобождении Черкесска. Вечером в областном драматическом театре состоялось торжественное собрание, посвящённое 1000-летию крещения Руси. 
▲ В октябре 1988 г. прихожанами Покровской церкви было даровано 2 тыс. рублей областному комитету общества Красного Креста для воинов-интернационалистов и на милосердие.
▲ В начале осени 1990 г. при Покровской церкви была открыта детская воскресная школа, которую стали посещать более 70 мальчишек и девчонок из Черкесска. Главная цель, которую поставили перед собой церковнослужители, – донести слово Божие до сердец молодого поколения, привить ему веру в добро, милосердие, справедливость, любовь к ближнему, помочь познать историю своей страны. К работе воскресной школы были привлечены лучшие представители городской интеллигенции – музыканты, художники, юристы и др.
▲ 11 сентября 1990 г. стало для всех православных Черкесска праздником. Из далекого Воронежа, где выполнялся специальный заказ, прибыли на церковный двор Покровской церкви два колокола – один весом 35 кг, другой – полтонны. Эти колокола были взяты в кредит до конца года у кооператоров за 17 тыс. рублей. Вскоре они были подняты на колокольню, которая пустовала несколько десятилетий. Горожане мечтали иметь ансамбль из семи колоколов, в том числе один полуторатонный, но задумка оказалась не по карману.
▲ Если ранее в Покровской церкви было одно, два или три венчания в год, то в 1990 г. в Черкесске венчались 33 пары. В нынешнее время в православной церкви обряд крещения проходят более 400 человек в год, увеличилось количество отпеваний – за год около 300.
▲ Решением Черкесского горисполкома № 954 от 25 сентября 1991 г. в городе была зарегистрирована община Святителя Николая русской право-славной церкви. Цель общины – восстановление разрушенного в 1934 г. Николаевского собора, посещение больниц, домов престарелых, мест лишения свободы для проведения богослужений с лицами, которые в них пребывают, а так же по соображениям боготворительности и милосердия.
▲ В 1991 г. наконец-то в церкви сняли объявление, что при крещении необходимы паспорта родителей и восприемников, кума и кумы.
▲ В четверг 19 декабря 1991 г., когда исполнилось 100-летие со дня заложения разрушенного Николаевского собора, в 13 часов в центральном сквере Черкесска, где некогда стоял этот собор, был отслужен торжественный молебен с водоосвящением. На нём было собрано 24,6 тыс. рублей пожертвований на восстановление собора.
● Добрую русскую традицию празднования Рождества взялся возродить в городе Черкесске в 1992 г. областной фонд культуры. На рождественский вечер, состоявшийся 11 января в концертном зале городского училища культуры и искусств, были приглашены настоятель Покровской церкви в Черкесске В. И. Афонин, коллективы камерной и народной музыки, кукольный театр, хореографический ансамбль, хоровые коллективы города.
▲ В 1992 г. заведующей Духовной школой при Покровской церкви стала Зоя Королькова, бывший педагог Черкесска.
▲ 22 мая 1992 г., в день памяти о перенесении из Мир Ликийских в г. Бар мощей чудотворца Святителя Николая, с 11 до 12 часов дня в Черкесске впервые за многие годы состоялся Крестный ход – от Покровской церкви до сквера, расположенного в центре города, где стоял собор. Здесь был отслужен торжественный молебен с водосвятием, проведён сбор пожертвований на восстановление Николаевского (Никольского) собора, продавалась духовная литература. Крёстный поход провели община Святителя Николая, Покровская община русской православной церкви и Баталпашинский казачий круг.
▲ Восстанавливая историческую справедливость, в июне 1992 г. исполком городского Совета народных депутатов, рассмотрев ходатайство общины Святителя Николая русской православной церкви, о восстановлении разрушенного в 1934 г. Николаевского собора и учитывая, что в поддержку этого выступили более двух тысяч горожан, вынесли данный вопрос на рассмотрение сессии городского Совета народных депутатов.
Городской Совет своим решением закрепил земельный участок в цен-тральном сквере города для восстановления Николаевского (Никольского) собора на его историческом месте, обязав вести строительство с максимальным сохранением сложившейся ландшафтно-парковой среды. 
▲ Впервые за всю историю Советской власти Покровской церкви было преподнесено пожертвование в размере 50 тыс. рублей. Этот взнос верующим преподнесла ассоциация «Монолит» (председатель В. С. Платонов) в октябре 1992 г. Деньги пошли на строительство духовной школы и на восстановление собора.
▲ Один миллион рублей для ремонта перевёл в 1992 г. на счёт Покров-ской церкви, той самой, где 31 год назад был крещён, уроженец Черкесска, потомственный военный Юрий Васильевич Гущин (род. 1961). В Черкесске он окончил среднюю школу, отсюда был призван на действительную военную службу. В 1986 г. поступил на юридический факультет Военного Краснознаменного института Министерства обороны и успешно окончил его. Затем проходил службу в следственных органах Военной прокуратуры и в системе Главного разведывательного управления Вооруженных Сил. В 1992 г. принял решение оставить службу в армии и посвятить себя политической деятельности направленной на истинное возрождение России и своего родного края.
▲ В апреле 1993 г. на улицах Черкесска появился новенький восьмиместный микроавтобус «УАЗ» с надписью на борту «Православной Покровской церкви от МХА «Монолит». Этот подарок церковь получила в канун празднования Пасхи.
▲ В июле 1993 г. митрополит Ставропольский и Бакинский Владыко Гедеон, которому была вручена международная премия за содействие миру на Кавказе за 1992 г., половину премии – 100 тыс. рублей – передал Благочинному православных церквей Карачаево-Черкесии отцу Василию (Афонину) на нужды Черкесского дома ребёнка.
▲ Во время пребывания в России королевы Великобритании Елизаветы II благочинный Православных церквей Карачаево-Черкесии отец Василий, священство, клир и верующие православные поздравили Её Величество с приездом в нашу страну. 
А чуть позже в Черкесск пришло письмо с королевской гербовой печатью... «Господину Афонину, отцу Василию, благочинному церквей Карачаево-Черкесии, и всем верующим прихожанам Покровской церкви. Уважаемый отец Настоятель! Благодарю Вас за Вашу телеграмму от 17 октября, которую мы получили, находясь на борту яхты Её Величества королевы Великобритании, пришвартованной к Английской набережной в Санкт-Петербурге. Представители Букингемского дворца попросили меня от имени королевы поблагодарить Вас за добрые слова и пожелать Вам удачи в Ваших будущих заботах по укреплению русской Православной церкви в Карачаево-Черкесии и мира всем.С уважением, Елизавета II, королева Великобритании.Тим Хедли-Джоунс.21 ноября 1994 г.».
▲ В декабре 1994 г. администрацией г. Черкесска принято постановление «Об открытии Православного лицея с начальной ступенью обучения». Этим документом общине Святителя Николая русской Православной церкви было разрешено открыть в Черкесске такой лицей.
▲ 8 января 1995 г. к священнослужителям и прихожанам Покровской церкви с поздравлениями с Рождеством Христовым и искренними пожеланиями добра, мира и согласия пришли глава Карачаево-Черкесской Республики – Председатель Совета Министров В. Хубиев и министр внутренних дел республики В. Каныгин. В честь рождественского праздника В. Хубиев подарил Покровской церкви икону Святителя Николая Чудотворца из Сергиевого Посада, а лично отцу Василию – складень серебряный с изображением Христа Спасителя и Божией Матери в окладе, ризу и крест. 9 января в церкви более сотни ребятишек собрались на рождественскую ёлку. Пелись колядки, кондак праздника, читались стихи. Каждый участник ёлки получил к тому же ещё и бесплатный подарок.
▲ Незадолго до осенних каникул (1995 г.), учащиеся православного лицея Черкесска, носящего имя Свято-Сергиевский, поселились в новом здании, выделенном администрацией города. В этом двухэтажном доме, где ранее размещался детский сад «Солнышко» принадлежавший ЧЗХМ, лицеистам будет просторно – здесь есть комнаты для занятий, отдыха, принятия пищи. Есть возможность открыть свою церковь. В лицее три класса: один второй и два первых. В лицее, где Божий дух, где Русью пахнет, его питомцы чувствуют себя как в храме. 
▲ В январе 1996 г. общественность и православные Черкесска и Карачаево-Черкесии поздравляли отца Василия с 70-летием со дня рождения. Благочинный всех православных церквей Карачаево-Черкесии, митрофорный протоиерей, настоятель храма Покрова Богородицы в Черкесске отец Василий (в миру´ – Василий Иванович Афонин) – человек, умудрённый жизнью и испытаниями. Он родился 14 января 1926 года в Орловской области. Его отец был бухгалтером, мать – домохозяйкой, глубоко верующей женщиной. 
В 1940 г. Василий закончил одну из семилетних школ на Донбассе. После его освобождения от немцев, весной 1943 г., он 17-летним добровольцем ушёл на фронт. Воевал молодой офицер во 2-й танковой армии дважды Героя Советского Союза С. И. Богданова, будущего Маршала бронетанковых войск.
▲ Афонин прошёл с боями войну от рядового до гв. мл. лейтенанта, будучи стрелком особого стрелкового полка, командиром стрелкового отделения, политработником сапёрного и танкового батальонов. В Майданеке он освобождал узников концлагеря, потом форсировал Одер, штурмовал Берлин. Ордена Красной Звезды и Отечественной войны 1-й и 2-й ст., медали «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина», «За победу над Германией» и другие свидетельствуют о заслугах их владельца.
За два фронтовых года Афонин не был ранен, хотя начинал свой боевой путь в сапёрном батальоне. После победы он ещё два года носил офицерские погоны, демобилизовавшись, оказался на Украине. Работал рабочим, бригадиром на прокатном заводе в Макеевке. 
▲ В 1950 г., под влиянием матери, Афонин избрал путь священнической службы. Закончив с отличием Ставропольскую духовную семинарию и Московскую духовную Академию, отец Василий стал добросовестно осуществлять пастырское служение в православных церквях. Этот период его жизни совпал с приятным событием. Он встретил верную спутницу жизни – матушку Антонину. Тогда она еще не знала, чем обернется ее замужество за священника. На втором курсе Черкесского учительского института ее отчислили. Почти такая же участь постигла и Василия. Сразу же при поступлении в семинарию он был снят с офицерского учёта. Лишь спустя десятилетия сотрудники военкомата восстановили статус офицера Афонина по архивным документам, подтвердив его боевой путь.
А потом, в уже, казалось бы, устоявшуюся жизнь отца Василия и матушки Антонины внезапно ворвалась страшная беда. От тяжелой болезни умирает их единственная дочь, оставив трех маленьких детей. Горе не сломило Афониных. Всю свою любовь и ласку они отдали внукам. Они выросли достойными людьми: Маша и Руфина получили высшее образование, внук Иван, носящий фамилию Афонин, – стал студентом Ставропольской духовной семинарии. Он пошел по стопам своего дедушки.
▲ 44 года служил Богу отец Василий, сменив не по своей воле 28 приходов на Ставрополье, в Калмыкии, Чечне и Карачаево-Черкесии. С 6 июля 1976 г. он – в Черкесске, где более 25 лет был настоятелем Покровской церкви, Благочинным всех православных церквей Карачаево-Черкесии. 
▲ За активную миротворческую работу отец Василий был удостоен многих церковных и государственных наград. Патриарх Московский и всея Руси Пимен наградил его орденами Святого Князя Владимира, Святого Сергия Радонежского и Святого князя Даниила Московского. Патриарх Александрийский и всего Востока (Антиохийская Православная церковь) наградил его орденом Святого Апостола Марка. 
Ставропольский краевой союз казаков наградил отца Василия Крестом «За спасение Отечества». Он награждён Почётной грамотой и значком правления Советского Фонда мира и другими наградами. Был депутатом Черкесского городского Совета. Указом Президента Российской Федерации за большой вклад в укрепление гражданского мира и возрождение духовно-нравственных традиций Афонин был награждён орденом Дружбы, позже – орденом «За заслуги перед Отечеством» II степени, а директор православного Свято-Сергиевского лицея в Черкесске Ольга Ивановна Долбина – медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени. Именно этот лицей усилиями отца Василия был открыт в 1994 г.
▲ В апреле 2001 г. Афонин был принят в Союз писателей России. Он ав-тор нескольких произведений, несущих свет духовного возрождения. Поэтический сборник стихов «В церковных перезвонах», «Мысли великих людей о Боге», «Великая радость», «Религия и А. С. Пушкин» были по достоинству оценены и критиками и читателями. 
Грубое отторжение от церкви, которой он отдал почти полвека своей священнической жизни, подорвало крепкий организм отца Василия. Некоторые его соратники, поддавшись искушению материальными и другими благами, по сути дела предали его. Не последовало духовной поддержки и со стороны церковной и светской власти.
«Я ныне многими забыт,Тоскую днями и ночами.Страдаю, предан и побитСвоими лживыми друзьями…» –писал он в одном из своих последних стихотворений.
Свой земной путь Василий Иванович завершил 31 мая 2004 г. Отпевали отца Василия в его любимой Покровской церкви при огромном стечении народа и похоронили с восточной стороны этого божьего храма. 
Люди говорят, что эта потеря невосполнима. Батюшка умел находить дорожку к сердцу каждого человека. Его обращения к прихожанам не были замысловатыми. Слово Господне порой перемежалось житейскими отступлениями, но пастырь от этого становился лишь ближе. Тихая, неторопливая вечерня вносила в души покой и мир. 25 лет звучали в Покровской церкви одни и те же слова…
Время останавливается. Земное воздыхает, плача и страдая о грехах и болезнях, но через боль приходит к Небу: «Господи, Ты видишь немощь мою, не оставь». Так всегда было у нас. А теперь… Сгорбленные старички старушки молятся о детях и внуках, томящихся перед экранами телевизоров и компьютеров.Долгое время на моём диктофоне хранилась запись голоса этого мудрого человека. «Одно тревожит, – говорил отец Василий, – во все времена в любой беде русские люди становились сплочённее, старались помочь друг другу, искали поддержку в ближнем, а сейчас – чем трудней, тем больше зла, тем больше ненависти. Поэтому так необходимо, сегодня, людей призывать к любви, к душевному миру.
И всё же, пока стоят храмы – у нас есть надежда. Вопреки всему суетному, разноликому и манящему перед глазами – красота небесная, которая без конца напоминает: ты человек и рождён для вечности». 
А ещё Василий Иванович говорил мне, что человеку в церкви должно быть по-хорошему плохо. Потому что в церкви, как в бане: бесы, мол, выходят от жара нашей души. Может и так. Не знаю.
Лично меня больше мучил другой вопрос. Раньше коммунисты боролись с церковью, а теперь сами в первых рядах стоят со свечками и так истово молятся, будто им это лично Ленин завещал – в прощальном письме к съезду. Секретарю ЦК КПСС, Первому секретарю Московского горкома партии, кандидату в члены Политбюро ЦК КПСС Б. Н. Ельцину запросто было стать со свечкой в руках и креститься перед телекамерами, показывая свою «принадлежность» христианской вере, которую компартия рушила все 70 лет своего существования
Как-то дождливым декабрьским вечером автор зашёл в Покровскую церковь. С отцом Василием Афониным я был знаком давно. Внутри было холодно и почти пустота. Лишь несколько прозрачных старушечьих голосков возвышали к Богу чистое молитвенное пение. В комнатке, где горел неяркий светильник, я застал батюшку. Читал он, или молился? Не помню. Не стану врать, но в тот вечер я запытал его вопросами. Кто Вы на самом деле? В чём нашли себя? В службе или в служении? Во что веруете? Кто мы друг другу? Правда ли что бытие определяет сознание?
На память Василий Иванович подарил мне памятную медаль, выпущенную в честь 1000-летия крещения Руси, которую ему вручил Патриарх Московский и Всея Руси. 
Домой возвращался по какой-то улочке Черкесска, которой за все годы Советской власти не касался асфальт. Грязь по самые… К тому же и уличные фонари не горели. Вот это и есть бытие. Им всё можно оправдать, и мы оправдываем. Вор – жертва системы. Пьяница – жертва системы. Малолетний преступник – жертва системы. Даже «новый русский» – и тот жертва системы. Психология жертвы удобна. Перед жертвой сама жизнь в долгу. А значит, никаких обязательств, и ни перед кем. Мне недодали – я украл, взял своё. Логично? Вполне. Мне всё время врали, и я соврал – кто меня осудит? Директор платит мне копейки – с чего я буду работать хорошо? Логично! Отличная логика!
Но разве мы только жертвы? Не хочу быть жертвой. Разве добро – абстракция? Разве хорошая работа – абстракция? А любовь? Так, может быть, всё-таки сознание определяет бытие? Разве не первейшая задача нас, мыслящих существ, – быть, или становиться, людьми, способными делать добро? 
Говорить с самим собой всегда трудно, ибо «это требует признания ошибок, несовершенства дел и помыслов своих – покаяния», – как мне сказал отец Василий. Но разве он был не прав и нам не в чем каяться? Разве мне не в чем каяться? И врал… И трусил… Копил злость на обидчиков, хамов, взяточников… Не прощал предателям, подлецам… 
▲ В 1996 г. на городском кладбище, которое открылось в 1969 г., был заложен фундамент часовни в честь Святого великомученика и победоносца Георгия (автор – архитектор Е. Н. Тюкова). Размер здания, по расчётам, 8,8 на 8,8 метра. Претворять в жизнь проект, предварительная сметная стоимость работ которого составила 654 тыс. рублей, взялись производственное объединение «Зеленстрой» и ЧМПМК–1. Но это им оказалось не под силу, и стройка заглохла. И тогда за дело взялся мэр Черкесска С. Дерев. На помощь были привлечены многие промышленные предприятия Черкесска (главными спонсорами стали фирма «Меркурий» и ОАО «ЧХПО»). 23 декабря 1998 г. состоялось торжественное открытие часовни. Её первым настоятелем стал священник С. Пилюшенко.
▲ 31 января 1997 г. Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II вручил жителю Черкесска, президенту Карачаево-Черкесии В. И. Хубиеву орден православной церкви Святого благоверного князя Даниила Московского.
▲ В октябре 1998 г. администрация г. Черкесска и Покровская православная церковь, приняв решение о строительстве Николаевского (Никольского) собора в г. Черкесске, сметная стоимость которого по предварительным подсчётам составила 19 млн. рублей, обратились ко всем жителям города с просьбой принять участие в строительстве этого собора. 
▲ Над проектом восстанавливаемого собора длительное время работал талантливый архитектор Елена Тюкова, которая старалась максимально сохранить его былой облик. К сожалению, в масштабе один к одному воспроизвести собор не удалось, многое утрачено навсегда. Так, фасад пришлось делать не из жёлтого камня, а из кирпича, потому что сегодня трудно найти такой материал, ещё труднее отыскать мастеров, умеющих обтачивать камень так, как это делали в XIX веке. И высота колокольни будет не 62 метра, а только 33 метра. 
▲ 21 ноября 1893 г., когда был создан первый отдельный корпус пограничной стражи в России, в православных храмах России было принято служить молебен в честь защитников Родины (иными словами, церковный праздник Дня пограничника). 4 декабря 1998 г. эта традиция возродилась. В Покровской церкви, куда пришли воины 36-го пограничного отряда г. Черкесска, отцом Сергием был отслужен молебен о защитниках рубежей Отечества. К воинам с добрым словом обратился и благочинный православных церквей КЧР отец Василий.
▲ 19 декабря 1998 г. навсегда войдёт в историю Черкесска. В это день – День памяти Святителя и чудотворца Николая в городе произошло событие, которого ждали долгие годы – был освящён и заложен в основание будущего Николаевского (Никольского) собора первый камень. Наконец-то был положен конец распрям и спорам, по поводу того, где стоять собору. 
После богослужения в руках священнослужителей оказались не только хоругви и иконы, но и освящённые мраморная плита с памятной надписью, кирпичи, которые позже были положены в основание собора. 
Протоиерей Павел Самойленко, секретарь высокопреосвященнейшего Гедеона, митрополита Ставропольского и Бакинского, отец Василий, благочинный православных церквей Карачаево-Черкесии и глава администрации Черкесска Станислав Дерев заложили первый камень в основание собора.
▲ После смерти отца Василия благочинным православных церквей Карачаево-Черкесии и настоятелем собора Святителя Николая Чудотворца (Николаевского собора) стал протоиерей отец Валентин (в миру´ – Валентин Васильевич Корнев). Он родился в семье священника из Черкесска в 1961 г. О разрушенном храме ещё в детстве услышал от бабушки. Тогда же узнал и о том, что его прадед Иван своими руками строил этот собор, а дед Илья четверть века пел в церковном хоре. После окончания в Черкесске 8 классов средней школы № 13, Валентин поступил в автодорожный техникум, но за религиозные убеждения был из него отчислен. Затем поступил в КЧГТИ, откуда после второго курса был призван в ряды Советской Армии. По возвращению из армии его судьба повернулась на 180 градусов: он окончил духовную семинарию в Москве, а затем вернулся в родной Черкесск и стал служить при Покровской церкви. И все годы учёбы и службы жил мечтой о восстановлении разрушенного собора.
В 2009 г. благочинный православных церквей КЧР, настоятель Николаевского (Никольского) собора г. Черкесска, директор Свято-Сергиевского православного лицея, кандидат богословия, протоирей отец Валентин завершил обучение в институте Дружбы народов Кавказа и получил диплом по специальности «преподаватель теологии». 
▲ В конце 1990-х годов временный собор разместился на крытом теннисном корте, безвозмездно предоставленном руководителями ОАО «ЧЗХМ». Переоборудовать теннисный корт под собор помогала Валентина Михайловна Осипова, педагог по профессии, и многие прихожане. Художник Николай Зубятов оформил интерьер, иконы на стенах появились благодаря дарам простых людей. Есть среди них и родовые иконы, которым по 250 и 300 лет. Одну из них – «Иоанн Креститель» – подарило семейство Хлыниных, другую – «Божьей матери Киево-Печерской» – оставила прихожанка, которую все знают только по имени Мария. Рукодельницы Лена Моисеенко, Фаина Губарева, Люба Масюкова и Александра Антонец вышивали плащаницу.
А в это время, рядом – на площади Кирова, что перед Домом печати, ОАО «ЧЗХМ» и Дворцом детского технического творчества г. Черкесска, в пяти минутах ходьбы от места, где некогда стоял Николаевский собор, стал вырастать новый собор.
▲ В конце XX века г. Черкесск стал центром мусульман Карачаево-Черкесии. Здесь расположилось Духовное управление мусульман республики и Ставропольского края. В сентябре 1993 г. в старом двухэтажном, отремонтированном здании бывшего детского сада открылся Исламский институт им. имама Абу Ханифа, который готовил кадры для строящихся в КЧР и на Ставрополье мечетей (а их около ста). На богословском факультете студенты стали изучать 12 предметов: коран, историю, философию ислама, арабский и английский языки. 
▲ Главными мусульманскими праздниками считаются ид аль-удха (кур-бан-байрам), ид аль-фитр (ураза-байрам), мирадж (раджаб-байрам), отмечаются также день поминовения имама Хусейна (ашура), ночь предопределения (лейлят-аль-кадр), день рождения пророка Мухаммеда (мавлид), а также многочисленных святых и праведников. 
▲ 12 ноября 2000 г. в Черкесске состоялось празднование 270-летия По-кровской церкви. Участие в празднествах, торжественном богослужении и крестном походе принял митрополит Гидеон, посланники от других храмов всей округи и гости Покровской церкви. 
▲ На восстановление Николаевского собора денежные средства жертвовали многие мусульмане. Не называя своих имён, они подчёркивали, что важна не личность дарителя, а факт возрождения собора. Потому что он воспринимался как покаяние за содеянное в эпоху разрушения, символ очищения и переосмысления истории. В декабре 1998 г., первым, личный взнос сделал мэр Черкесска Станислав Дерев, который вложил в общую копилку 100 тыс. рублей, братья Вячеслав и Мурат Деревы пожертвовали 60 тыс. руб., президент фирмы «Меркурий» Павел Манкаев – 30 тыс. руб., от банка «Кавказ-Гелиос» поступило 150 тыс. руб. Стеновых материалов на сумму 50 тыс. руб. выделил коллектив ОАО «ЧХПО». 
▲ В октябре 2002 г. в Покровской церкви состоялось торжественное освящение восстановленного знамени 2-го Хопёрского казачьего полка – сине-жёлтого штандарта (знамя – по-казачьи) с Георгиевским крестом по центру. 
▲ В Покровской церкви имеется много реликвий. Это – иконы старинного письма. На царских воротах, по правую сторону, икона Спасителя, по левую сторону – изображение Богоматери с младенцем, протягивающим людям свиток с надписью «логос» – разум (как часто его не хватает людям). Обе иконы сохранились от Николаевского собора, и являются работой известного русского художника Маковского. Есть богатейшие иконы в иконостасе – дар семьи Иваненко. Среди них – икона Иверской Божьей Матери. Хранится в церкви и хоругвь второго хопёрского казачьего полка, на которой золотом вышиты фамилии казаков – героев первой мировой войны. 
▲ 8 сентября 2003 г. православные г. Черкесска отметили два важных события. В этот день христиане чествовали Владимирскую икону Божьей Матери и второе событие – поднятие могучей стрелой крана на воссоздаваемый Николаевский (Никольский) собор главного купола (его вес 8,5 тонны) и ажурного креста, покрытого никелево-титановым покрытием, как и купол, весом в 600 кг и длиной 4,5 метра. 
У собора хорошая архитектура, пропорции. Хороший кирпич, великолепно выполненная кладка. Кокошники над проёмами второго яруса, углы, карнизы – залюбуешься! Как и высокий фундамент – узкие и высокие проёмы первого яруса подчёркивают монументальность сооружения и стремление его вверх. Дело, конечно, не в восстановленном здании, а в духовности самих людей.
Несомненно, что люди, придя в храм Божий, получат, не только пищу для души, воспитываясь духовно, молясь и слушая проповеди, но и эстетическое воспитание. Ведь храм – не только образец духовного и эстетического воспитания человека, но и эталон красоты и гармонии. Таким и хотят его видеть все православные Черкесска. Отрадно, что к храмовому строительству большой интерес проявили не только миряне, но и предприниматели, внеся на эту стройку достаточно крупные благотворительные взнос. Это говорит о том, что в душах людей всё-таки происходит что-то доброе. Потому и сияют золотые купола Николаевского собора, видные почти в разных концах города. 
▲ В первом квартале 2004 г. настоятелем Покровской церкви и протоиереем был назначен отец Вячеслав Коваленко. До назначения он служил бо-лее 13 лет в старинном, насчитывающем почти 120-летнюю историю, казачьем храме в честь архистратига Божия Михаила в городе Усть-Джегуте.   
▲ В 2004 г., в канун празднования Пасхи, Патриарх Московский и всея Руси Алексий Второй в своей московской резиденции вручил жителю Чер-кесска, Президенту КЧР Мустафе Азрет-Алиевичу Батдыеву Золотую Звезду и пасхальное яйцо работы Фаберже за его вклад в развитие православия и укрепления межконфессионального согласия в республике.
▲ В канун Пасхи (2005 г.) рабочие и инженеры Инженерного центра «Грант» г. Волгодонска Ростовской области под руководством М. Гюнкевича приступили к установке малых куполов и звонницы. Диаметр каждого купола 5,6 метра, высота около 6 метров, весят купола по 2,5 тонны каждый. На всех куполах были установлены кресты. Каждый весит около 200 кг и имеет длину 4,2 метра.
Благотворительную помощь в установке куполов и крестов оказали первый заместитель начальника главного управления МЧС России по КЧР К. Чехов, генеральный директор ЗАО «Карачаево-Черкесскгаз» А. Ляшов, начальник Карачаево-Черкесского монтажного специализированного управления В. Коденцев, директор ООО социально-реабилитационного предприятия «Свет» А. Есаков.
▲ В престольный праздник – день Николая Чудотворца (19 декабря 2006 г.) свои двери для верующих открыл восстановленный Николаевский собор в Черкесске. Первую в этом новом здании литургию отслужил специально прибывший КЧР епископ (с 2008 г. – архиепископ) Ставропольский и Владикавказский, ректор Ставропольской духовной семинарии, член Общественной палаты Российской Федерации Феофан. На открытии собора присутствовали Президент КЧР Мустафа Батдыев, председатель Правительства Алик Карданов, руководитель Администрации Президента Валентин Лесниченко, вице-спикер Народного Собрания КЧР Руслан Хабов, уполномоченный по связям с религиозными организациями Евгений Кратов и другие.
Известный в республике поэт Михаил Бегер посвятил столь знаменитому событию свое стихотворение «Молитесь о России». Вот лишь небольшой его отрывок:
«…Но из руин восстал Никольский храмИ устремился в небо златоглавьем.И никаким неправедным судамСуд не вершить над русским православьем».
Однако ко дню открытия собора в самом здании полностью были завершены только строительные работы. Внутренние стены, хотя и были оштукатурены, но еще должным образом не были расписаны. Пол бетонный, без настила. Алтарь – временный. Из всей церковной утвари – лишь подсвечники, аналои и несколько икон.На строительство собора 229 организаций передали 14,76 млн. рублей и строительных материалов на сумму 1 миллион. 63,6 тыс. рублей, 76 монастырей России – 636,6 тыс. руб. и материалов на сумму 38,14 тыс. руб., более 80 граждан – 16,37 млн. руб. и материалов на сумму 1,203 млн. руб. Имелись «также пожертвования от многих тайных жертвователей».
В день открытия собора семья Плотниковых подарила старинную икону Божьей Матери, чудом уцелевшую во времена тотального уничтожения святынь.На выполнение оставшегося комплекса работ по смете потребовалось еще порядка 4,5 млн. руб.
▲ 2 ноября 2007 г. в южной части столицы Карачаево-Черкесии состоялась торжественная церемония, посвященная закладке первого камня будущей соборной мечети г. Черкесска.
▲ В 2007 г. в северной части г. Черкесска состоялось крещение церковного прихода, названного в честь весьма почитаемого христианами Святого Преподобного Сергия Радонежского, которого уже шесть столетий православные называют Игуменом земли Русской. Небольшой деревянный храм на ул. Гутякулова, своим необычным по нынешним архитектурным меркам видом напоминает иллюстрацию к старинным сказаниям о житии святых на Руси.
▲ 8 октября 2008 г., когда Русская православная церковь отмечала День поминовения Сергия Радонежского, престольный праздник для настоятеля церкви отца Сергия (Пилюшенко) и прихожан совпал с радостным событием – из Подмосковья были привезены колокола для малой звонницы, заказанные по инициативе мэра города Черкесска Петра Коротченко. Все колокола, их стоимость составляет более 200 тыс. руб., выполнены из специального сплава, с изображением Святой Троицы на каждом из них.
▲ В мае 2008 года мэр г. Черкесска Петр Коротченко был награжден орденом Святого Благоверного Князя Даниила Московского I cт.
▲ «Николай Георгиевич Проваторов родился в г. Сулимове (ныне г. Черкесск) 14 апреля 1936 г. Более 40 лет своей жизни он верой и правдой служил родной Карачаево-Черкесии» – сообщалось в некрологе, напечатанном 14 августа 2010 г. в газете «День республики» о его смерти. 
Несмотря на разницу в возрасте в 10 лет, в советское время автор подружился с Николаем Георгиевичем и благодарен ему за оказанное им большое содействие в написании данной главы. 
С ним я познакомился в 1978 г., когда он ещё работал помощников председателя облисполкома. В 1980 г. он был назначен на должность Уполномоченного Совета по делам религий при Совете Министров СССР по КЧАО. 
В 1991 г. Совет был расформирован, а Николай Георгиевич продолжал осуществлять взаимодействия с религиозными организациями уже в составе аппарата Правительства КЧР, где проработал до своего выхода на пенсию в 1998 г. 
При непосредственном участии Н. Г. Проваторова было создано Духовное управление мусульман Карачаево-Черкесии и Ставрополья, были организованы Исламский институт и Православный лицей.
Это он представил меня священникам Чикильдину и Афонину, помог в сборе информации о Николаевском соборе и Покровской церкви.Свою трудовую биографию Провоторов начал в 1955 г. учителем рисования в семилетней школе в станице Сторожевой. После демобилизации из СА, он вновь вернулся в станицу и продолжил педагогическую деятельность, вначале учителем, затем директором СШ № 2.В 1968-1969 годы Н. Г. Провоторов работал воспитателем Черкесского ГПТУ № 3.
▲ В начале 2012 г. епископ Пятигорский и Черкесский Феофилакт провёл совещание по вопросу подготовки к освящению Николаевского (Никольского) собора г. Черкесска. В совещании приняли участие первый зам. руководителя администрации Главы и Правительства КЧР Надежда Пивоварова, мэр г. Черкесска Руслан Тамбиев и атаман Баталпашинского казачьего отдела казачий полковник Виктор Бородкин.Участники совещания ещё раз согласовали дату проведения освящения собора – 21 апреля 2012 года. Именно эта дата была определена в ходе встречи Главы КЧР Руслана Темрезова с епископом Феофилактом 2 декабря 2011 г.
▲ Строительство собора, начатое в 1998, было форсировано в 2011 г., когда стройку под личный контроль взял президент КЧР Р. Темрезов. Курирование завершения строительства собора было поручено Р. Тамбиеву, на которого в то время были возложены обязанности первого зам. председателя Правительства КЧР. Эту работу он продолжил и в должности мэра республиканской столицы.
В течение 2011 г. вокруг собора была установлена кованая ограда, за-вершены отделочные работы внутри и снаружи, вымощена брусчаткой прилегающая территория, проведена роспись алтаря, подготовлен макет росписи собора. Перечислены денежные средства для изготовления к Пасхе двухпрестольного пятиярусного иконостаса (шириной 19,5 м и высотой около 9 м), в который включены 99 икон, написанных академическим письмом темперой по левкасу.
▲ А потом пришёл он – день второго рождения Николаевского (Никольского) собора. Некоторые прихожане ждали его почти 15 лет. 21 апреля 2012 г., спустя 79 лет после разрушения, вновь восстановленный собор Святителя Николая Чудотворца, или как в народе говорят Николаевский (Никольский) собор, приготовился к своему второму освящению. Площадь воссозданного собора составила 1440 кв. м (32 х 45), высота стен и колокольни – 12 м и 37 м соответственно. Вместимость 1000 человек.
Даже сама природа приготовилась к этому торжественному событию. Первая весенняя гроза, словно даруя благословение Бога, омыла его. И засиял собор чистым золотом своих куполов на фоне весеннего голубого неба. 
В этот исторический день, сюда, на площадь им. Кирова, пришли тысячи верующих. Прихожане пришли на День рождения своего храма.
Праздничное богослужение, в ходе которого состоялся чин освящения Николаевского собора, провели сразу три владыки черного духовенства - митрополит Саранский и Мордовский, управляющий делами Московской Патриархии Васонофий, архиепископ Челябинский и Златоустовский Феофан и епископ Ставропольский и Черкесский Феофилакт. Обряд включал в себя Крестный поход, освящение престола, алтаря и самого собора. Состоялась божественная литургия и отслужен молебен. За освящением храма её желающие наблюдали в режиме онлайн на большом экране, который был установлен перед оградой Николаевского собора.От имени полномочного представителя Президента России в СКФО верующих поздравил его зам. Юрий Олейников.
Передавая в дар икону Николая Чудотворца, глава КЧР Рашид Темрезов поблагодарил верующих и всех тех, кто принимал участие в восстановлении собора. Особую благодарность он объявил Эльдару Бойчорову, Сергею Десюну, Алексею Смирнову, Сергею Селютину, Анастасу Михайлиди. 
От имени мусульманской уммы верующих поздравил председатель Координационного центра мусульман Северного Кавказа Исмаил-хаджи Бердиев.Митрополит Саранский и Мордовский Васонофий передал слова поздравления и благодарности от Патриарха Московского и Всея Руси Кирилла и вручил антиминц – грамоту Патриарха, позволяющую проводить в соборе богослужение.
Епископ Ставропольский и Черкесский Феофилакт зачитал грамоту Патриарха Кирилла о награждении Главы КЧР Р. Темрезова Орденом Русской Православной Церкви Славы и Чести II ст. за вклад и укрепление межрелигиозного сотрудничества и в связи с завершением строительства Храма Святителя Николая Чудотворца. Таким же орденом, но III ст., был награжден управляющий Отделением Пенсионного фонда РФ по КЧР Мустафа Батдыев, бывший глава КЧР, при котором началось восстановление собора.
За помощь в строительстве собора Орденом Русской Православной Церкви Святого Благоверного Князя Даниила Московского III ст. был награждён мэр г. Черкесска Руслан Тамбиев.
Архиепископ Челябинский и Златоустовский Феофан подчеркнул сохранение преемственности, отметив, что храм начали строить при владыке Ге-деоне, строили при нём (Феофане), а освящение произошло при владыке Феофилакте. На память об этом событии он подарил храму икону Иоанна Златоуста, выполненную златоустовскими мастерами.
А потом на центральной площади города прошли народные гуляния. На конкурсе детского рисунка, на асфальте юные дарования рисовали православные и мусульманские храмы. С концертной программой выступил коллектив народной студии казачьей песни «Служба – матушка» из г. Невинномысска.
Праздничный концерт продолжился выступлением детских музыкальных и танцевальных коллективов Черкесска: «Салам», «Конфетти», «Юни-Дэнс», «Фантазия» и др. После детей выступили взрослые – хор ветеранов и вокальный ансамбль «Песни России», ансамбль казачьей песни под руководством Л. Луценко. В перерывах концертной программы своё мастерство показывали воспитанники спортивных школ города.
Затем на площади зазвучал духовой оркестр, и началась танцевальная программа для людей старшего поколения, сменившаяся выступлением коллективов республиканской государственной филармонии и группы «Ин-сайт». Завершился праздник национальным танцевальным кругом, в котором мог принять участие каждый желающий.
▲ В 2015 г. в Черкесске действовали следующие религиозные организации Русская Православная Церковь (собор Святителя Николая Чудотворца, церковь Покрова Божией Матери, храм Преподобного Сергия Радонежского Чудотворца, домовая церковь преподобного Сергия Радонежского Свято-Сергиевского Православного лицея, часовня святого великомученика и Победоносца Георгия, Свято-Сергиевская Православная гимназия), Ислам (соборная мечеть, центральная мечеть Черкесска, мечеть в микрорайоне Юбилейный), Армянская Апостольская Церковь (церковь Святого Георгия - открыта в 2008 г.), Протестантизм (церковь христиан веры евангельской «Божий Ковчег» г. Черкесска).