Ассистент

🕵 Джигитовка — Исторический Черкесск

▲ ДЖИГИТОВКА — лихая скачка, во время которой всадники показывают ловкость в управлении конём со всевозможными, зачастую весьма опасными, приёмами на лошади. Перенята она была казаками у горцев. Воинский Устав рекомендовал обучать джигитовке каждого казака. Уставная джигитовка разделялась на обязательную для всех казаков, исполняемую с оружием и походным вьюном, и вольную, которая могла быть производима без оружия и вьюка, на оседланной лошади. С начала XX века и почти до самой революции, состязания в джигитовке происходили, как правило, в торжественной обстановке в столице Баталпашинского отдела. Казаки съезжались на конях, разукрашенных серебряным набором, одетые в праздничные наряды, с оружием в дорогой оправе, на площадь к Покровской церкви или Никольскому собору. Здесь они слушали молебен и окроплялись святой водой, после чего стройной колонной (по трое) с песнями двигались к месту состязаний, которые обычно проходили по Покровской улице, с юга на север до дома купца Радченко. По окончанию состязаний наилучшим наездникам выдавались призы: седло с полным комплектом снаряжения; конский убор, украшенный серебром; шашка, отделанные серебром, и другие принадлежности вооружения, снаряжения и обмундирования казака. Многих одаривали деньгами и специальными призами (вазами, шкатулками и др.)

▲ К джигитовке относились: стрельба с коня на карьере в чучело из соломы, пропитанное нефтью; затем стрельба вниз в кусок бумаги на земле; нагибание направо и налево и поднимание с земли предметов; соскакивание на обе стороны несколько раз подряд; разогнав коня и держась руками за переднюю луку седла, казак спрыгивал налево, сильным ударом ног отталкивался от земли и мгновенно перелетал через лошадь, а потом обратно, и затем мелькал над седлом так быстро и легко, словно его перебрасывали, как упругий мячик; соскакивание перед барьером и вскакивание на лошадь в тот момент, когда она преодолевает барьер; скачка, стоя на седле и нагибание, чтобы поднять с земли как-либо предмет; нагибание во время прыжка лошади через барьер и выхватывание папахи или иного предмета из-под барьера; расседлывание и вновь оседлывание лошади на полном карьере, не слезая, а только пересев на круп лошади; на полном ходу сползание с крупа лошади назад и в тот же момент вскакивание опять на лошадь сзади же, подтянувшись за хвост; «отвага», то есть, держа в стременах ноги, необходимо было броситься навзничь направо и налево назад всем корпусом, головой вниз, и держаться на весу; внезапно ухватившись рукой за грудь, казак безжизненно повисал в стременах, тащась руками по земле у самых ног скачущей лошади, на мгновение, очутившись в седле, всадник вдруг безжизненно повисал с другой стороны во весь опор скачущей лошади; перелезание на полном карьере впереди груди лошади или под брюхом с одной стороны, чтоб сесть в седло с другой; скачка одного всадника на двух лошадях с прыжками через лошадь (то есть, оттолкнувшись от земли у одной лошади, перелететь через неё и сесть на другую); рубка с коня и уколы чучел; подъём на коня пешего товарища и увоз «раненого» когда скакали три казака, то средний из них, мгновенно вскинув из-за плеча ружьё, на ходу прицеливался и «стрелял» в первого всадника. Тот камнем падал с лошади на землю. Задний казак на всём скаку клал на землю лошадь, помогал «раненому» взобраться на её шею. Лошадь вскакивала на ноги, казак на ходу взлетал в седло и увозил «раненого»; умение положить коня на карьере; «рыбка» — переворачивание всадника на карьере лицом назад; выполнение упражнения в метании дротика (род короткой пики — С.Т.) на карьере в расставленные цели, так называемый «джирид».

▲ Расставив в линию вешки, на 10 шагов друг от дружки, казак вскакивал на коня и, подскакав к первой вешке, под острым углом резко опускал выхваченную из ножен шашку. Конец ивового прута, будто срезанный бритвой, падал стоймя и втыкался в землю. В одно мгновение рядом с первой линией вешек, образовывалась вторая.

▲ Фокусы джигитовки, показанные «при всём честном народе», особенно оживляли старых казаков. И чего только не вытворяли баталпашинцы на сытых кабардинских конях! И двое на одном, и трое на двух лошадях. Боролись на скаку, и падали вниз, и скакали стоя. Скакали, держа в руках кипящий самовар. Некоторые делали «ножницы». Были и такие, которые, ухватившись за подушку седла и, подкинув ноги вверх, стоя на голове, скакали на полном ходу. Они подбирали с земли сюрпризы и сувениры-подарки молодых казачек с личными записками. Некоторые «накидывали на лошадь аркан, потом-ка-а-к дёрнут, так она и опрокидывалась. Ни одна на ногах не устаивала. Их научили этому делу горцы. Друзья у наших казаков были в горах».

▲ Находились такие ловкачи, как Е. В. Юрченко и Михаил Синьков, которые в быстром аллюре поднимали разбросанные по земле серебряные монеты, женские носовые платки и бумажные рубли, притом не только руками, но и губами(!), ухитрялись поднять с разостланной бурки монету или даже плётку, подхватывали рюмку, наполненную до краёв вином… Это считалось верхом искусства. Не менее увлекательно смотрелась рубка пламени свечи, стоящей на подставке.

▲ Бывали случаи, когда некоторые казаки на полном карьере разбивали пулей из винтовки брошенное вверх яйцо, а папахи, платки и т. п. пробивались почти всегда без промаха. Или один казак зажимал меду пальцами монету, другой стрелял — пуля выбивала монету, не задев руки. Вот такая меткость вырабатывалась! Или ещё было такое увлекательное занятие молодёжи — пулей по шляпке гвоздя вбивать его в дерево…

▲ Интересное зрелище представляли казачьи скачки. Обычно в станице Баталпашинской они проводились поздней осенью после уборки урожая или на Масленицу, их старались приурочить к субботе. Накануне, в пятницу, на станичных улицах гарцевали молодые казаки 10–15 лет. Однако самое интересное зрелище выпадало на субботу, когда на скачки выезжали все взрослые казаки с оружием. Все участники выстраивались в одну линию и по команде атамана пускали лошадей вскачь. Заранее на поле, где проводились скачки, раскладывались призы: конфеты, яблоки, монеты, женские косынки, кисеты и так далее. Кто на полном скаку набирал больше призов, тот и оказывался победителем.

Следующим этапом были скачки со стрельбой на полном скаку. Против соблазна посмотреть второй этап скачек не могли удержаться даже самые дряхлые старики. Вначале устанавливали бумажную мишень, но вскоре её заменяла шапка, снятая на скаку у кого-либо из зазевавшихся зрителей. Особый азарт возникал на скачках, если удавалось сорвать шапку с казака, участника скачек. Захвативший шапку казак, удалившись на 50–100 метров, бросал её на землю, и в неё все участники скачек начинали палить из ружей (чаще шапку старались снять с иногородних, подчёркивая превосходство казаков над ними). Иногда в скачках на определённых условиях принимали участие горцы соседних аулов, тогда и вовсе каждый старался, как говорится, не ударить в грязь лицом. По окончании скачек победителям вручались призы: украшенные серебром уздечки, сёдла, шашки, пояса, реже — лошади. Средства для этих целей выделялись из станичной казны. На областные скачки в Екатеринодаре выделялось 300 рублей серебром из государственной казны ежегодно по указанию императора.

▲ Любимым развлечением у казаков были борцовские схватки, в которых болевые приёмы не допускались. Перед схваткой казаки надевали казакин, подпоясывали его поясом, чаще матерчатым. В борьбе не допускались хитрости, обман, нарушение условий договора считалось поражением. Бороться нужно было честно. Победителя определяли после трёх схваток, затем побеждённый уходил с круга, а победитель продолжал борьбу. Последними выходили бороться самые сильные и самые опытные казаки. Абсолютным чемпионом считался тот, кто «уносил круг» (побеждал). Боролись хопёрцы и на службе, и даже в перерывах между боями. Всем было интересно знать, кто самый сильный. Болевые борцовские приёмы с ударами казаки применяли только во время боя, когда даже безоружному казаку строго запрещалось покидать поле боя.

▲ Обучение боевым приёмам у хопёрцев начиналось с детства. Правда, в отличие от «восточных школ» здесь специализированных упражнений для развития силы и выносливости не признавали. Хватало тяжелого повседневного хлеборобского труда. Трудовые навыки и приёмы были отличным тренировочным фундаментом для отработки ударов руками, всякого рода молниеносных «вертунов» и «закрылков».

▲ В отличие от кавалеристов регулярной армии казаки великолепно владели специальными приёмами фехтования и джигитовки, одинаково ловко обращались с клинком в правой и левой руке. Для боевых приёмов использовали вес, динамику движения коня и благодаря этому могли демонстрировать удары убийственной силы (были случаи, когда человека за один удар могли перерубить пополам). Даже выбитый из седла, обезоруженный, казак оставался грозным противником: в ход шли специальные удары, наносившиеся ногами земли — так называемая техника «подвала» — которые были такой мощи, что зачастую калечили ноги лошадям противника. Многому казаки научились у своих воинствующих соседей — горцев.

▲ Казачьи лошади были приучены прибегать на свист своего хозяина, ложиться на бок, превращаясь в живой бруствер, чтобы казак мог, спрятавшись за ним, вести огонь.

▲ Во время казачьей атаки, их кони принимали участие в битве — били передними ногами и грызли неприятельских коней и всадников.

▲ Как-то захватив в плен казака, горцы захотели посмотреть на казачьи приёмы верховой езды. Выяснив, что от него хотят горцы, казак попросил своё ружьё, саблю и дротик, которые тут же ему преподнесли. Горцы, опасаясь, чтобы казак не ускакал к своим однополчанам, расставили своих людей редкой цепочкой вокруг поля, на котором пленник должен был джигитовать. Казак с гиком скакал по полю, вертя в руках пику, с азартом колол он воображаемого врага, джигитуя и приводя всех в восхищение. Потом, вдруг, круто повернул лошадь и стремительно поскакал к Кубани к высокому отвесному берегу, не охраняемому горцами, которые считали, что река сама по себе является надёжной преградой. Подскакав к реке, казак вместе с лошадью ринулся с крутого обрыва в воду. Когда горцы пришли в себя после случившегося и приблизились к берегу, казак уже переплыл Кубань и с родного берега, что-то, весело крича, махал им рукой.