Ассистент

Исторический Черкесск: Энциклопедия: Рамазан Магометович Адзинов (Виктор Андреевич Воронин)



В Карачаево-Черкесии живет человек, чья судьба неразрывно связана с блокадным Ленинградом и Кавказом. Рамазан Магометович Адзинов, житель аула Бесленей Карачаево-Черкесской Республики, а теперь Усть-Джегуты, был эвакуирован в Карачаево-Черкесию во время войны летом 1942 года. Тогда ему было всего пять лет. И звали его по-другому – Виктор Андреевич Воронин.

Он родился и жил в Ленинградской области. Когда началась война, его отец ушел на фронт, мама умерла от болезни и голода. Родная сестра работала на одном из заводов Ленинграда, выпуская изделия для фронта, и не смогла взять маленького Витю к себе. Старший брат перед тем, как уйти на войну, отвез маленького Витю к тете в Ленинград.

Родная тетя, чтобы спасти мальчика от голодной смерти, отдала его в детский дом №12.

К апрелю 1942 года детский дом отправили в эвакуацию в далекий тыл – на Кавказ.

Кроме «дороги жизни», другого пути отступления не было. Машины с детьми-ленинградцами ехали по льду Ладожского озера. В памяти маленького Вити сохранилось воспоминание о том, как одна из машин с людьми провалилась и ушла под лед.

После преодоления Ладоги детдомовцев разместили в теплушках – грузовых вагонах. Дорога на юг по железной дороге, на которую в мирное время уходило не более трех суток, в далеком 42-м заняла почти пять месяцев, а 8 августа на Кубани, под Армавиром, поезд попал под бомбежку двух фашистских самолетов. Тех, кто не погиб от взрывов и огня, собрали и отправили дальше, группами, в сторону Грузии. Через три дня пути пешком в станице Курганной (сейчас город Курганинск) для дальнейшей эвакуации детей выделили четыре телеги.

К 13 августа 1942 года группа детдомовцев из блокадного Ленинграда в количестве 32 детей, среди которых были русские и евреи, остановилась у реки Большой Зеленчук на краю аула Бесленей.

Обоз с изможденными детьми привлек внимание жителей Бесленея. Они обратились к председателю колхоза. Председатель собрал совет старейшин всех родов селения. Оставить детей в ауле значило навлечь беду на всех жителей в случае прихода немцев, а позволить им идти дальше – оставить их в беде и пойти против неписанного закона гор о гостеприимстве и помощи. На совете было решено взять детей в семьи. В ту же ночь в хозяйственной книге аула появились новые записи. Зная о приближении немцев, детей было решено записать на фамилии жителей Бесленея и дать им новые черкесские имена. Так пятилетний Витя Воронин стал Рамазаном Адзиновым.

«Я один из 32 Ленинградских детей, которым в черкесском ауле Бесленей не только сохранили жизнь, но и воспитали, как своих детей. Они отдавали нам самое лучшее, иногда в ущерб своим родным детям из-за того, что мы потеряли своих матерей. Они прятали нас от немцев во время оккупации аула в течение пяти месяцев. Они спасли нас, рискуя не только собственными жизнями, но и жизнью своих семей, и даже всего аула. Из всего селения никто не выдал нас немцам», – вспоминает ленинградец Рамазан Адзинов.

В благодарность своей черкесской матери Каре Адзиновой Рамазан Адзинов долго вынашивал в сердце проект памятника матерям, которые в военные годы спасли детей из детского дома блокадного Ленинграда. Много лет шел к осуществлению своей мечты: макет проекта – мать, обнимающая маленького мальчика, – был выполнен по воспоминаниям о его первой встрече с мамой. Идее суждено было сбыться. Памятник создан на народные средства и был открыт 7 мая 2010 года.

На мемориале установлена надпись: «Посвящаем жителям аула Бесленей, принявшим в 1942 году и воспитавшим нас – детей блокадного Ленинграда». «Моей давней мечтой была установка памятника кавказской матери, воспитавшей меня так, как, думаю, даже родные родители не смогли бы меня воспитать», – говорит блокадник Рамазан Адзинов.

Источник: http://kavtoday.ru/9971